Общий план успокоения Кавказа и проект переформирования пехоты Отдельного Кавказского Корпуса0

Граф Паскевич министру Чернышову


ЦГВИА ф. 846 а 16 д. 6288 №174 18 февр 834 секретно

КОМАНДИРА
Отдельного Кавказского корпуса
В Тифлис
30 Января 1834 года
№68-й

Доложено Его Величеству
18 февраля

Военному Министру Господину Генерал Адьютанту и
Кавалеру Графу Чернышеву.

Во исполнение Высочайшего соизволения, честь имею препроводить к Вашему Сиятельству общий план успокоения Кавказа и проект переформирования пехоты Отдельного Кавказского Корпуса, прося Вас покорнейше повергнуть оные Всемилостивешему воззрению Его Императорского Величества.

Доставление сих бумаг сходно с отношением моим к Вашему Сиятельству от 11-го сего Января за №31-м, поручил я отправляющемуся отсюда сего числа Исправляющему должность Начальника Штаба Высочайше вверенного мне Корпуса, Генерал-Майору Вольховскому, который зная хорошо местности всего Кавказского Края и народы оный населяющие, занимался общим сводом всех известных предположений относящихся к общему покорению Кавказа, впрочем при составлении сего плана в особенности приняты были в руководство предположения Его Светлости Князя Варшавского и мысли Генерал-Лейтенанта Вельяминова, применяясь к настоящему положению Края постепенно делающегося нам более известным и стараясь елико возможно о сокращении расходов во всяком случае при проведении в исполнение общего покорения необходимых.

Генерал Адьютант (подпись барона Григория Владимировича Розена)

1834 года Марта 24 дня.

Проект, представленный нынешним Кавказским Начальством, относительно способов к прочному покорению того края, при всей благодательной цели своей затруднителен в общем исполнении и недостаточен в частных подробностях.

Вот что представляется при рассмотрении его:

1. Генерал-Адьютант барон Розен полагает первоначально завладеть всеми низменностями, на коих Горцы имеют свое хлебопашество и скотоводство, и по мере вытеснения их переводить туда станицы кавказских Линейных и Черноморских казаков. Потом занять особыми укреплениями вершины рек и ущелья чрез кои ведут пути из гор, для воспрепятствования хищникам делать грабежи, и посредством особых наблюдательных отрядов пресечь горцам всякое сношение с Турками по берегу Черного моря. Кажется что второй период сих предприятий должен по справедливости быть первым, ибо не возможно выселять казачьи станицы на места с коих вытесним неприязненные нам племена, доколе выходы главных ущелий не будут заняты и защищены нами.

2. В состоянии ли будет Правительство отделить на сей предмет из России испрашиваемых Генерал Адьютантом Розеным 36 батальонов и 5 рот Артиллерии, также назначить от 3-х до 4-х миллионов на издержки по сему предприятию?

3. Положим даже, что столь обширные средства будут вручены Кавказскому Начальству, так тогда остается решить трудный вопрос: возможно ли в одно время подвинуть вперед всю нашу линию, на протяжении слишком 800 верст? Если бы наконец это и было возможно, то редуты сей новой линии, выставленные вперед на такой значительной длине, не будут иметь между собой соединения, по чрезвычайно пересеченному местоположению страны, и Горцы озлобленные своим стеснением всегда найдут возможность прорываться между редутами и делать в тылу разбои. Нынешняя пограничная черта с Горцами на Кубани и Сундже конечно тверже всякой другой, которую можно надеяться приобресть впереди, однако же мы видели когда в 1826 году поселения казачьи были передвинуты с большой дороги, только на некоторых пунктах, то и тогда уже для удержания Границы и отражения набегов в тылу сделались потребны большие усилия и особенная, беспрерывная бдительность, что мало помалу вовлекло в необходимость увеличить охранную стражу и резервы на Кубани.

4. Для заселения низменностей, с коих будут вытеснены Горцы, назначается учредить по главнейшим рекам 34 станицы линейных казаков, для заведения коих, с небольшою обороною, исчислено до 14 ½ миллионов руб., и от 6-ти до 7 лет времени. Средства сии также чрезмерно отягчительны, не говоря уже о других неудобствах, которые неминуемо повлечет за собою сие новое переселение Линейных казаков. Они должны будут не токмо бросить дома и сады свои, устроенные с такими трудами и усилиями в течении многих лет, но даже лишатся при этом и хороших пашен, ибо продвигаясь далее в горы найдут нередко землю где хлеб с трудом созревает. Итак Правительство встретит необходимость не только содержать казаков казенным провиантом, но даже отпускать паек их женам и детям. Одним словом я лично видел до какой степени и первое переселение Линейных казаков с большой дороги на Кубань привело их в нищету и расстройство; по всюду во время моего проезда подавали просьбы на разорение от подобного переселения; новое же переселение в конец истребит столь нужных людей, которые в том краю можно сказать одни составляют надежнейший оплот противу горцев.

Из всего изложенного следует , что предложениями Кавказского Начальства нельзя достигнуть желаемого успеха в исполнении Высочайшей воли о покорении Горцев, при самых усиленных средствах испрашиваемых для того. Итак надлежит подумать нельзя ли без столь огромных издержек и без употребления такого множества войск приблизиться к той же цели.

Если бы желали действовать безотлагательно, то и прежде время и способы имелись. В 1831 году, при отъезде моем в Польшу, я оставил Кавказ в такую минуту когда воля Вашего Императорского Величества приведении горцев в покорность уже восприяла свое исполнение. Семью предшествовашими экспедициями противу Джарцев, Койсуболинцев, Абхазцев, Осетанъ и Закубанских народов было положено сему основание. Некоторые их Экспедиций были произведены собственно для обозрения края. Другими приведены в повиновение племена до того непокорствовашие России и считавшие себя независимыми.

Все это исполнено в один год не взирая на то, что в Кавказской области и за Кавказом свирепствовала тогда холера и что одна половина войск, предназначенных к действию, прибыла из Турецких Пашалыков едва ли в августе месяце.

Начало прочного утверждения нашего на землях непокорных Горцев должно было открыться в 1831 году проложением линии укреплений от Ольгинского редута к Геленджику. Вся почти 20-я пехотная Дивизия была сосредоточена туда на сей предмет, запасы леса и прочих материалов изготовлены, вольные плотники и каменщики были подряжены из России, но вместо всего ограничились только занятием Геленджика и заложением Ольгинского редута. Нехорошо употребленными распоряжениями возбудили действие со стороны Чеченцов, которые окончились медленно и не со славою /славою/ для нас; 1831 год был таким образом потерян. В 1832-м году предприятия Кавказского Начальства опять ограничились частными Экспедициями, которые не имели между собою связи. Началась переписка где выгоднее устроить крепость в Геленджике или Суджук Кале. План проложения укрепленной линии от Кубани к Черному морю, удостоенный Высочайшего одобрения, не только не имел дальнейшего исполнения, но сверх того оставлены за Кубанью прежде устроенные укрепления на реке Пшебеч и при длинном мысе заложение коих находилось в связи с постройкою редутов от Ольгинского поста до Геленджика; заготовленные материалы оставались без должного надзору, нанятые вольные мастера отпущены. Успех действий на сей год ограничился истреблением Кази Муллы, противу коего было собрано войск более нежели я имел в Кампаниях против Персиян и Турок. В 1833-м году открытию действий воспрепятствовал, по отзыву Кавказского Начальства, повсеместный неурожай в том краю. Но весною и до половины лета неурожай сей нельзя было предвидеть, и следовательно тогда ничто еще не мешало начать работы для проложения укрепленной линии от Кубани до Черного моря, тем более что и самый вопрос о преимуществах гавани Суджукукальской и Геленджикской был уже решен в пользу последней. При том если бы приняты были заблаговременно меры чтобы хлеб из Кавказской области не был продаваем горцам за Кубань и Терек, то воспоследовании чрезвычайный неурожай сделался бы гораздо менее ощутителен. По крайней мере вовремя купленным на Волге хлебом, которого доставка на линию могла быть произведена в августе или Сентябре, голод тамошний вероятно был бы предупрежден.

Итак потеряны три года времени и вместе влияние приобретенное над Горцами первоначальными успехами. От сей причины план покорения Кавказских народов опять делается как бы новым и в настоящую минуту мое мнение о сем предмете следующее:

Мысль Генерал-Адьютанта барона Розена обратить в казаки все остальные 40т. крестьян Кавказской области, основанная впрочем на прежних моих предположениях, достойна уважения и кажется должна быть первым основанием в плане покорения Кавказских народов. Но при обращении настоящего числа крестьян Кавказской области в казаки, надлежит стараться нынешние пустопорожние места и оставленные старыми Казаками, которых будут подвигать вперед, населять неупустительно новыми выходцами из России, которых тоже совершенно обращать в сословие казаков. Несколько лет кои протекут в устройстве и в увеличении местной вооруженной силы, можно употребить между тем на предприятия, для которых нынещние средства Кавказского Начальства достаточны. В сем случае я держусь мнения, что всего скорее и лучше можно нам приобрести влияние над горцами, прорезая их земли в нескольких направлениях укрепленными линиями от берегов Кубани к Черному морю, от Сунджи к Каспийскому морю от сего последнего в Грузию. Для этого потребуется произвести несколько Экспедиций, главнейшими из коих признаю следующие:

1-я, неприменное проложение прямого сообщения от Ольгинского редута к Геленджику, о выгодах коего я уже имел счастье представлять Вашему Императорскому Величеству.

2, Проложение линии от Усть-Лабы, чрез Длинный мыс, перпендикулярно к тому месту, где Главный Кавказский хребет отрогами своими входит в Море.

Сими двумя способами мы завладеем морским берегом от устья Кубани слишком на 300 верст и между сими двумя новыми линиями стесним самые Демократические общества горцев, республиканский дух коих до сих противоборствовал распространению нашей власти и даже не допускал с нами сношений.

3, От селения Гудермеса на Сунджу, чрез крепость Внезапную и Ст. Чиркой, на укрепление Темир-Хан-шуру. Линия сия, прорезав зесли Чеченцев, отделит сих последних от сношений с Кумыкским народом, который по опасному соседству с Чеченцами, большею частию увлекается их примерами к неповиновению, при первом открывшимся случае.

Вообще на Левом фланге противу Чеченцов, которые наиболее обнаруживают ненависти к России и с коими по образу их Демократического правления трудно войти в постоянные и близкие сношения, я полагал бы действовать теми же средствами, как и противу Закубанцев, т.е. вести укрепленные линии в горы чрез их земли и поддерживать сие частыми неподвижными колоннами. Однако же это можно предпринять тогда, если останутся регулярные войска за употреблением на предприятия ниже сего исчисленные.

4, С закавказской тосроны, как полагает Генерал Адьютант барон Розен, из Джарской области или верхней Кахетии, чрез горные лезгинские округа на Гергебиль и оттуда к большому тракту, идущему из Дербента в Кизляр, по берегу моря. Но сие предположение еще требует проверки, ибо всякое укрепление, которое там встроют, должно быть совершенно обеспечено в продолжении пяти месяцов, когда снега решительно перекрывают Коммуникацию.

5, Со стороны Абхазии проложение укрепленной линии на Кубань я полагаю также необходимым; хотя впрочем весьма затруднительным, и потому его можно только начать тогда как устроены будут первые три укрепленные линии. До того же времени считаю покуда достаточным посылать по сему направлению Экспедиции с тем чтобы они в одно лето возвращались назад. Этим мы внушим Горцам и приучим их к мысли, что дял войск наших нет никаких препятствий и силу оружия нашего остановить ничто не может.

К сим главным прелприятиям присовокупить можно в тоже время действия подвижных колонн с Закавказской стороны. Экспедиции на сей предмет могут быть следующие:

1-я, Из Телева чрез горный округ Шатиль и Хевсурию в Чечню по Аргуну на крепость Грозную: та самая, которую я назначал в 1830-м году под Начальством Полковника/ныне Генерал Майора графа Симонича.

2-е, Из Дагестана к Койсуболинцам и в Аварию.

И 3-е, Из Гори чрез Цхинвал в Осетию. Сия последняя Экспедиция нужнв будет в таком случае, если Осетинцы, после сделанного им в 1830 году наказания, еще не совершенно покорились.

Все сие, без сомнения надлежит произвести в течении не менее трех лет, начиная с правого фланга, и число войск на сии потребности может быть следующее:

1, Для проложения укрепленной линии от Ольгинского редута к Геленджику, где согласно прежнему моему мнению, не понадобится более четырех или пяти редутов, нужно было пред сим 15-ть батальонов пехоты, с приличным числом артиллерии. Но так как Геленджик нами уже занят и там находятся 4 батальона, то для других редутов будет весьма достатоточно 10 батальонов: как для работ, так и для первоначальных гарнизонов и конвоирования транспортов с продовольствием и материалами. Из них же останется еще и для резерва 1000 человек, которых с добавлением 4-х орудий, 500 пеших черноморских казаков и 300 конных Черноморцев расположить таким образом, чтобы они могли в одно время обеспечивать собою движение транспортов и вместе служить подкреплением тому пункту куда Горцы решились бы обратить свое нападение, на пространстве устроения редутов. Начинать же постройку сих последних должно с плоскости, от Ольгинского поста, где можно тотчас заложить два, а по устроении их идти вперед и окончить остальные. Казармы строить, согласно моего предположения, из досок, купленных.

Но так как в нынешнем году с ранней весны открыть работ нельзя, то приступить немедленно полагаю можно будет окончить к осени два, или даже три редута.

Исполнив таким образом проложение на правом фланге первой укрепленной линии, можно будет увидеть в течении зимы какое влияние мера сия произведет на Горцев, и потом начатым же порядком проложение 2-й линии от Усть-лабы, чрез Длинный мыс к Черному морю.

2. Проложение на левом фланге 3-ей линии от берегов Сунджи на крепость Внезапную и Чиркей в Темирхан-шуру, может быть равномерно окончено в нынешнем году, что там более 2-х или 3-х 4укреплений не нужно, а войск для того весьма достаточно 6-ти батальонов, т.е по три со стороны Чечни и Дагестана, с приличным числом Артиллерии и народной конницы.

3. Из войск, которые останутся за сим свободными, можно будет тогда же послать экспедиции, как я сказал выше из Абхазии на Кубань, в числе 3 батальонов или 2500 человек Пехоты с 4 горными Единорогами и некоторым числом конницы.

Отряду сему, полезно даже дать направление к линии, котоаря будет прокладываться от Геленджика. Также из Телава чрез Хевсурию на Аргун, до креп. Грозной: в числе 2 т. Человек Пехоты, 4 Горных Единорогов и нескольких Конных.

Нет сомнения, что при открытии столь решительных с нашей стороны действий, Горцы предпримут все усилия, дабы восприпятствовать успеху.

В перове время не только вооружатся окрестные жители, но соберутся к ним на помощь и самые отдаленные. В таком случае, после одержания над ними поверхности, принять за правило неповинующихся, или более беспокойных переселять в Россию, за Волгу и далее. Но при этом наблюдать всякий раз, чтобы они не были лишены от Правительства необходимых способов при подобном переселении.

Когда народы непокорные, обитающие ныне на плоскости за убанью, против Черномории, уйдут в отдаленные горы, или будут переселены в Россию и частию истреблены войною, то места их населять черноморскими Казаками. Но как сих последних мало, то принять меры добавлять их число переселенцами из Малороссийских Казаков, взяв однако же за правило ни в коем случае не селить новопришельцев особыми слободоми, а присоединять их к старым селениям, ибо там где есть 200 или 300 дворов легко будет выстроить 30 вновь, что может-быть исполнено самыми старожилами, с заплатою им за то. Кроме приготовления домов новым переселенцам необходимо также дать для первого обзаведения несколько домашнего скота, а старожилы могут для них приготовить первую запашку и посевы, с уплатою от казны денежного вознагрождения.

Мера сия хотя недешева, но она избавит от предшествоваших несчастий и новые переселенцы с таким обеспечением могут вскоре приобыкнуть к перемене образа жизни и быть употребляемы, спустя малое время, на службу. Тогда как прежде, не находя ничего на месте готового, они делались в тягость Правительству и даже умирали в нищете.

Итак мое предположение состоит в том, чтобы сначала аттаковать Горцев с правого и потом с левого фланга, а когда это испонится, то подвигать линию вперед по вершинам рекам, начиная вский раз действия с правого фланга, где обитают народы наиболее сильные и многочисленные.

К сим главным предприятиям необходимо присоединить в то же время некоторые побочные:

1. Стараться приобрести политическое влияние над теми племенами, которые имеют владельцев, или управляются Аристократически: это относится более к Дагестану. Влияни сего можно достигнуть во первых связями привязанности и во вторых поддержанием распрей между частными владельцами и независимыми обществами. В том и другом случае верность должна быть вознаграждаема подарками и пенсионами, обман и измена наказываема лишением сих милостей и прочим.

2. Так называемых Мирных, которые обыкновенно под сим именем нередко занимаются хищничеством, или дают у себя пристанище вольным Горцам, поручить строгому надзору благонадежнейших Приставов, употребляя для сего избранных и способных Офицеров, с хорошим жалованьем и повременными щедрыми награждениями. В случае же неисправности, или их беспечности, строго с них взыскивать, а виноватых в разбоях и грабежах Горцев, стараться всеми средствами отыскивать и переселять внутрь Государства.

3. По примеру заведеннного формирования конных полков из Закавказских Мусульман, Черкес, Осетин и Кабардинцев, стараться средствами Политики и деньгами заставить всех вообще мирных давать нам сколько возможно войск, посылать их в первый огонь и тем ссорить с независимыми.

С начала конечно найдется из них немного охотников, но потом, когда они узнают хорошее содержание и получат Монаршие милости, кресты и чины, то без сомнения охота служить в рядах наших более и более усилится. Но в этом случае выбор Полковых Начальников должен быть особенно внимателен и тех Офицеров, которые в сем отношении покажут себя отличными можно бы для примера и поощрения щедро награждать.

4. Я совершенно разделяю мнение Генерал Адьютанта барона Розена, которое впрочем также основано на моем прежнем предположении, чтобы женатых нижних чинов, которые захотят там селиться, по выслужении 10-ти летнего термина, увольнять от фронтовой службы и давать им места для поселков, с производством как им, так и их женам обыкноченной дачи провианта, а детям их по полупайку. Нижних чинов сих, я полагал бы, в каждом из имеющих вновь вновь отсроиться редутов поселять по одной роте. Они будут там хорошею охранною стражею и вместе хозяйственными колониями, которые в последствии положат начало основанию Военных Поселений в том краю, и

5. Заняться устроением единожды навсегда хорошей и надежной коммуникации по Военно-Грузинскому тракту, где я также предполагал селить отставных солдат в небольших ребутах.

Вот те меры к покорению Кавказских народов и к прочному распространению нашей власти в том краю, для которых Правительство не найдется в необходимости вручить Кавказскому Начальству испрашиваемых оным чрезвычайных средств в войсках и деньгах. Для проложения описанных мною укрепленных линий и для совершения других Экспедиций достатчно будет нынешнего числа войск Отдельного Кавказского корупса, с добавлением Грузин и Мусульман, которых можно употреблять также повременам и для действий на кавказской линии. Подобным постоянным и постепенным употреблением умеренных сил, обращением нынешних 40т. крестьян Кавказской области в Казаки и заселением оставляемых ими мест, в случае передвижения их очереди, новыми пришельцами из России, можно надеяться, что Правительство без отягощения себя значительными усилиями, стесняя от году более и более Горцев, заставит смириться, увидев с одной стороны грозною кару за непокорность, а с другой благоденствие, которым наслаждаются спокойные и повинующиеся племена.

Что касается до предложения Генерал Адьютанта барона Розена относительно учреждения более удобного сообщения России с Груззией, посредством Черного моря, то предприятие я нахожу вполне полезным и достойным внимания Правительства. Нынешнее сообщение из Тифлиса через Гори, Сурам, Кутаис, Редут-Кале и Поти действительно сопряженео с большими затсруднениями, ибо надлежит переходить весьма высокий хребет и следовать в Имеретии большею частию по местоположению болотистому. Поти не совсем дурная пристань, однако же тамошний вредный климат не позволяет держать в сем пункте войска. Пристань Редут –Кале несколько менее спокойна, но там для здоровья людей лучше. Сухум-кале и в том, и в другом случае имеет преимущество, но сия гавань удаоена от большого тракта и вместе от Турецкой границы. Так что если учредить там наш склад запасов, то перевозка в случаю нужд обходится будет слишком дорого. Береговое сообщение одним путем, от Поти к Сухум-Кале и далее к Гагре согласно мнению мнению Генерал Адьютанта барона Розена, нахожу весьма полезным и учредить оное необходимо прочным образом.

Генерал Фельдмаршал Князь Варшавский граф Паскевич Эриванский 


Кавказская война


Комментарии / 0 из 0


    Уважаемый, посетитель!
    1. Обязательно укажите свое имя и поставьте галочку в графе "Я не робот".
    2. Публикация комментария может занимать несколько секунд. Пожалуйста, дождитесь подтверждающего сообщения после его отправки.
    3. Зарегистрированные пользователи могут получать уведомления об ответах и новых комментариях.