Секретарь английского посольства в Константинополе Генри Бульвер-Литтон - Г.Пальмерстону. Его мнение о турецких делах0


28 июня 1838 г

... Надо только посмотреть на необычайную красоту этих краев, их плодородие, их возможности во всех отношениях, на занимаемое ими положение, дающее их владельцу решающее слово в вопросе быть миру или войне, чтобы понять, почему у всех, кто путешествовал по этой стране, пробуждался такой живейший интерес к ее будущему, и они потом выпускали в свет книгу за книгой по "восточному вопросу". Можно смело сказать, по-моему, что на 19 из каждых 20 страниц каждой такой книги вам встретится слово "Россия", и сознаюсь поэтому, что я лично, хотя бы ради оригинальности, был бы рад избежать этого слова, как-нибудь обойтись без него,да только невозможно пробыть здесь сколько-нибудь долгое время без того,чтобы эта тема сама не прилипала к вам и вы не чувствовали себя обязанным, отодвигая как можно дальше в сторону всякие преувеличения, с которыми сталкиваешься на каждом шагу, задуматься над тем, какова же в самом деле нынешняя политика и будущие намерения этой державы. И я должен сказать, что не могу себе представить, как могут быть два мнения в этом вопросе, если только не перестану верить вообще всему, что, как известно из истории, имело место на протяжении последних 100 лет, так же как и всему тому, что мы читаем в документах канцелярии здесь,которые мы получаем каждый день.

Споры и разногласия в этом вопросе могли возникнуть лишь в результате смещения двух совершенно разных вещей, а именно: намерения /России/ немедленно завладеть этим городом /Константинополем/ и /Оттоманской, империей и /ее/ намерения завладеть ими когда-нибудь. В первое я совершенно не веря и нимало не сомневаюсь во втором.

Я вполне уверен, что Россия более искреине, чем любая другая европейская держава, желает сохранения " " как она его понимает, т.е. постепенного упадка сил Оттоманской империи и медленного,но верного наращивания ее собственного могущества.

Наименее цивилизованное из европейских государств Россия также самое молодое из этих государств, и ощущение своей молодости придает ей уверенность в будущем и терпеливость к настоящему; в то время как другие государства, зная,что в своих исторических судьбах они уже достигли почти вершины, держатся за настоящее, за " " по совсем другой причине, Надежда в одном случае даст то же производное, что страх в другом.

Всякая случайность поэтому, которая бы заставила императора Николая рисковать утратой его нынешнего влияния или толкнула его на попытку это влияние усилить,несомненно, вызвала бы в нем сожаление в момент, наступления которого я жду.

Но верить его безудержным клятвам в его будто бы абсолют ной умеренности значило бы,как сознаюсь, мне представляется, верить в нечто такое,что не только противоречит фактам /если только чуть не все наши посланники и консулы не окажутся в некоем союзе против него/, но и той необходимости, которая эти факты рождает.

Для нации, которая столь долгое время продолжала как дипломатическими интригами, так и военными победами расширять свою империю, невозможно по собственной доброй воле остановиться на этом своем пути. Общественное мнение, - а оно существует везде и всюду, - заставляет суверена продолжать тот курс,который принес славу его предшественникам. Кроме того, стоит лишь возникнуть подозрениям и страхам перед окружающими империю странами, как суверен предпримет все усилия, будь-то явные или тайные, чтобы предохранить себя против того или иного опасного соседа, либо склонившись перед силой, которой тот обладает, либо предупредив так или иначе его будущие поползновения и, естественно, что такие меры с одной стороны вызовут контрмеры с другой.

В самом деле, если бы у России не было ни намерений, ни желаний расширить дальше свою империю, мне было бы очень трудно себе представить, как бы она могла действовать иначе, чем она действует, если бы такие намерения и желания у нее были.

В княжествах1, например, разве это доказывает, что она беззаботно относится к своему влиянию в этом регионе, если она говорит тамошним князьям: "Посылайте ваших детей учиться в Санкт-Петербург"? В Черкесии, например, разве это доказывает, что она вполне довольна своими нынешними границами, если мы видим, какие огромные приготовления она ведет и какие расходы несет для того, чтобы покорить эту бедную страну? В Персии, например, разве она доказывает, что она проводит открытую и миролюбивую политику, если в действительности она создает там государство под ее собственным особым протекторатом на самых границах наших владений в Индии? Или доказательством тому же является, может быть, Турция, где ее союз с Махмудом /совершенно не похожий ни на что, когда-либо имевшее место в последний период Византийской империи/ не должен внушать нам никаких подозрений?

Разве мы везде, куда ни посмотрим, не видим следов заранее намеченной, но осторожно проводимой политики, которая тем не менее приближает Россию к ее цели и которая все подготавливает к тому,чтобы в момент, которым она сочтет для себя выгодным, разразился кризис?

По-моему, - а я должен сознаться в своем глубоком убеждении, что я только откликаюсь на то,что вы, Ваша Светлость, думаете сами, - план, который существует, и план, против которого нам надо предостеречься, столь же очевиден, как и то, что г-ну Бортвику, по-видимому, уже больше не быть английским премьер-министром.

Но желания и действия русских зависят от состояния и перспектив Оттоманской империи, и я поэтому приступлю к изложению мнения, которое я составил себе сам о положении турок в странах, составляющих Оттоманскую империю, и которое, судя по тому,что я видел и слышал, с каждым днем приобретает все большее распространение...

Итак, должен сказать,что я не могу не видеть того, что их власти, как нации-завоевательницы, окруженном покоренными ею народами, быстро приходит конец. Не только райя2 не хотят больше признавать былое мусульманское превосходство, но и сами мусульмане теряют всякую веру в него. Власть и гордость этого воинственного и фанатичного народа держались на победах, которые он когда-то одерживал и которые теперь ускользают от него, а также на его предрассудках, его превратных представлениях о себе самом как народе-господине, которые с каждым днем больше рассыпаются в прах и от которых, может быть, даже уже сейчас почти ничего не осталось.

Попытки цивилизовать турок были по существу попытками ассимилировать их с их рабами - христианами, устранить барьеры, столько долгое время отделявшие побежденных от победителей, дабы те все время оставались у них в подчинении.

С падением янычар пала и система, наступил конец верховенству турок. С этого дня дела в стране пошли по-новому, так что с каждым часом становилось все интересней наблюдать — за их развитием. Мы так часто наблюдаем, как люди действуют, но не думаем о конечных результатах их действий, так что трудно сказать, действовал ли султан все время в соответствии с каким-то планом, от которого он лишь время от времени отступал, повинуясь соображениям момента, или же реформы, которые проводились и еще проводятся в этой стране , объяснялись просто прихотями султана, его капризным желанием внести какие-то улучшения.

Во всяком случае следствием этих реформ до сих пор было и наверняка в еще большей степени будет смещение различных классов, из которых состоит население империи, и если мир не будет нарушен в течение еще ряда лет и ход событий внутри страны не будет остановлен или изменен в результате иностранного вмешательства, то вполне возможно, что Оттоманскую империю можно будет возродить и реконструировать на более широкой основе, использовав при этом более разнообразные и лучшие строительные материалы. Следует, конечно, быть осторожным и не слишком вольно пускаться в такие спекуляции, которые в конце концов могут перечеркнуть и опрокинуть даже какой-нибудь пустяковый инцидент, которого мы не ожидаем.

Но твердая убежденность незаурядных, выдающихся личностей, с которыми здесь встречаешься и которым лучше всего судить о том, что здесь происходит и еще будет происходить, внушает и вам уверенность в том, что магометанская раса постепенно и без борьбы, - если только это не будет слишком запоздалая борьба, - почти повсеместно перенимает нравы и обычаи, а часто даже и религию своих христианских соседей, так что со временем она, видимо, сольется со всем остальным населением империи, и вся империя будет находиться под властью одного общего правительства,

В последние годы численность турецкой нации всюду заметно уменьшается, а численность райя в той же пропорции увеличивается, Ослабевши духом, уменьшившись числом, магометане испытывают все большую необходимость и все меньшее нерасположение к тому, чтобы воспользоваться помощью того самого класса, который они прежде угнетали и презирали. В прошлом уже было намечено несколько планов "безопасного" обращения за такой помощью, и от этих планов не отказались и теперь. Один из них особенно заслуживает внимания, а именно, план вербовки шести или семи тысяч христианских добровольцев, которым, после определенной выслуги лет, будут дароваться все привилегии, какими пользуются мусульмане.

Они станут турками в политическом отношении, оставаясь христианами в религиозном. Нечего и говорить, что самые ближайшие последствия такого шага были бы огромны, так как это облегчило и ускоряло бы социальные сдвиги, о которых я говорил. Не следует забывать и одно характерное обстоятельство, которое отличает верховенство меньшинства в странах Оттоманской империи от верховенства меньшинства во всех других странах, где они занимают господствующее положение. К турецкому меньшинству принадлежат не все люди, обладавшие политическими званиями и опытом, так же как и не все люди, занятые торговлей и накопившие большие состояния. Напротив, те, кто вершит большими делами, вроде Богоридесов3, являются выходцами из немусульманского большинства, хоть и подчиненного еще меньшинству. Все коммерсанты, капиталисты, люди полезные и хорошо осведомленные во всем также принадлежат к большинству, хоть и подвластному еще меньшинству. Властью же до сих пор обладали только турки, потому что только они держали в руках меч. Хоть уже и обученные европейцами современному военному искусству, турки, однако, вынуждены признавать, что они стоят ниже, чем европейцы, в этом искусстве - том самом искусстве, на котором они основывали прежде свое моральное превосходство, - кроме того они вынуждены брать в свою армию и христианских подданных султана, которых раньше они в нее не допускали, утверждая тем самым свое физическое превосходство, а если это так, то спрашивается, что же осталось от того, на что опиралась и чем отличалась их прежняя власть?

А если смещение классов возможно /как это утверждают те, на чье мнение я ссылался, то ведущее положение в правительстве и обществе приобретает постепенно тот класс, который до сих пор был угнетен. И то, что такое смещение произойдет, представляется также еще более вероятным, если посмотреть на прогресс, которого уже добились райя на пути к достижению своего социального равенства с турками, так же как и на прогресс, сделанный турками по линии их приобщения к образу жизни и к идеям европейцев.

Одному подданному, христианину, был уже пожалован первый и самый священный орден - портрет сультана, а знаменитый Мустафа Сардир - этот настоящий янычар из янычаров в 1829 г. - занят сейчас переводом на турецкий язык "Телемаха"4.

Я потому так подробно изложил эти обстоятельства, что, хотя прямого влияния на текущую политику они, возможно, и не имеют, они, если у Вашей Светлости будет время ознакомиться с моими соображениями, могут вас заинтересовать, ибо от них в немалой степени будет зависеть будущая судьба этих регионов и конечный успех любых усилий, которые мы можем предпринять здесь.

Прежних турок - Ваша Светлость может на это положиться - почти уже не стало, и единственный вопрос сейчас в том, может ли в Турции быть создана и сохранена некая новая разновидность империи. Я, со своей стороны, думаю, что может, если дела и дальше пойдут так, как они идут сейчас. Но все будет зависеть от ее /имеприи/ постепенного развития и от того, можно ли будет предохранить те элементы, которые добиваются сейчас приобщения их страны к общеевропейским стандартам, от преждевременного вовлечения в какую-нибудь конфликтную ситуацию. В одном случае, - а его-то всего вероятнее и ищет Россия в империи воцарится всеобщий хаос, могущий стать поводом для ее раздела и потребующий вмешательства. В другом, в этой части мира возникнет держава, обладающая гораздо большими средствами обеспечения своей подлинной независимости и процветания, нежели те, какие Оттоманская империя сейчас имеет.

Во всяком случае - ошибаюсь ли я, считая невозможным, что бы турки, ослабевшие после проведенных реформ, сумели возродить и еще надолго сохранить свою необыкновенную империю, или же я прав, думая, что нам надо меньше ждать от самих турок, чем от элементов, находящихся в пределах империи, которые могут прийти им на смену, в любом из этих случаев одинаково важно сделать так, чтобы в стране пока сохранилось спокойствие, ибо первым шагом к реконструкции будет расчленение, а на пороге к этому мы сейчас и стоим.

Могут, однако, возникнуть обстоятельства, которые сделают это невозможным, как, например, интриги России в Персии и на границах Индостана. Никому не известно лучше, чем Вашей Светлости, что наша власть над Индией будет зависеть от того, какого мнения о нас будет внешний мир, что мы приобрели ее столько же престижем нашего оружия, сколько его действительным применением, и что мы утратим ее в тот день, когда весь мир придет к тому мнению, что мы стали слабей и уступили первое место другому государству, щедрому на выражения заинтересованности в судьбе других стран, на обещания оказать им свое покровительство и на демонстрацию силы. Правда, я не думаю, чтобы император Николай или его правительство серьезно намеревались расширить Российскую империю за счет этого региона в настоящее время. Но в случае какой-либо попытки сделать это здесь важнейшей отвлекающей акцией было бы использование восстаний, поднятых местными князьями, либо вторжение чьей-нибудь армии со стороны Индии и обладание средствами для совершения такой отвлекающей акции. Это,по-моему, и есть настоящая цель, на которую Россия переключила сейчас свое внимание...

1Имеются в виду Молдавия и Валахия.
2Немусульманские подданные султанской Турции.
3Богоридесы /Богоровы/ - болгарская семья, сыгравшая значительную роль в возрождении болгарской культуры и в борьбе за независимость Болгарии.
4"Приключения Телемаха" французского писателя Фенелона. 

Кавказская война турция


Комментарии / 0 из 0


    Уважаемый, посетитель!
    1. Обязательно укажите свое имя и поставьте галочку в графе "Я не робот".
    2. Публикация комментария может занимать несколько секунд. Пожалуйста, дождитесь подтверждающего сообщения после его отправки.
    3. Зарегистрированные пользователи могут получать уведомления об ответах и новых комментариях.