Черкесский аул на земле Хашимитов 0


Мутные воды Иордана, напоминающие по цвету изрядно подгоревшее на ослепительно жгучем солнце Синайской пустыни молоко, ожидаемого впечатления не произвели. Грязноватым ручьем назвать эту колоритную картинку с натуры, хотя бы из уважения к древнейшей истории здешних мест, конечно, язык не повернется – святыня, как никак, но, признаться, особого благоговения от знакомства с рекой, известной еще с библейских времен, не испытал.

С западного берега Иордана я долго смотрел на противоположную сторону. Задумался. Долго не мог понять: почему первобытные звериные инстинкты, от которых человечество избавлялось тысячелетиями, все равно неизбежно берут свое, преодолевая в нас гуманистическое начало, безжалостно заглушая голос разума? Вот ведь как в жизни бывает: природа объединяет – люди же, почему-то все равно стремятся идти разными дорогами, удаляясь друг от друга. Вода, некогда давно тесно сблизившая верующих христиан, иудеев и мусульман, одинаково трепетно боготворящих эту реку, теперь считается пограничной: более сорока лет назад часть Земли Обетованной в ходе Шестидневной войны 1967 года была отвоевана Израилем у соседей. Теперь западный берег считается израильским, другой – принадлежит Иордании. Ансамблю "Нэф" и лично мне откровенно повезло: далеко не каждому, согласитесь, удается увидеть святыню сразу с обеих противоположных сторон: после нескольких дней пребывания в Кфар-Каме и Рехании мы отправились в Хашимитское королевство, где проживает крупная черкесская диаспора.


РЕХАНИЯ – АММАН

Проводить "Нэф", направлявшийся в Иорданию, вышла вся Рехания. Сюда мы уже не вернемся – после Аммана нам предстоит провести пару дней в Кфар-Каме, поэтому церемония оказалась долгой: расставаться никому не хотелось, молодежь и взрослые сдружились тесно, стали единым целым, прощание без слез и всхлипываний, естественно, не обошлось.

Утром за нами приехала делегация из Кфар-Камы во главе с Мухамедом Наш. Транзитные визы, оформлением которых он лично занимался, были готовы, теперь наш бысым, во избежание всякого рода непредвиденных сложностей, взялся сопровождать нас до самой границы с Хашимитским Королевством.

Переход пограничного рубежа с иностранным государством, даже официальный, – дело долгое, нудное, сопряженное с множеством проблем. Кто бы что ни говорил, но к этой процедуре, которая, вопреки ожиданиям, только усложняется, привыкнуть невозможно. Остается только одно: терпеть, стоически выносить все испытания, стараясь чем-нибудь отвлечься от нудного процесса. Особых развлечений у нас не было, да, честно говоря, на сорока пятиградусной жаре мечталось лишь о том, как бы быстрее спрятаться в прохладе кондиционера.

г.Амман. Доктор Шамиль и Фариз ТефикоЧтобы оказаться на территории Иордании, нам понадобилось в общей сложности полтора часа. Долго. Хотя, как говорят, это далеко не предел. На другой стороне границы "Нэф" ожидала большая группа активистов Центрального "Адыгэ Хасэ" во главе с тхаматэ Исхаком Мола. Все формальности здесь были улажены максимально быстро благодаря нашему сопровождающему Аслану Мухамеду, которого все больше знают как доктора Шамиля. Таможенный досмотр – тщательный, но "без пристрастий" прошли минут за тридцать, с радостью погрузились в автобус – терять времени не хотелось: до Аммана предстояло ехать часа три. С Мухамедом, передавшим нас иорданским собратьям, мы надолго не прощались. Он обещал приехать на концерт "Нэфа" в столице, да и после возвращения из Иордании мы должны были провести пару дней в Кфар-Каме, так что до встречи Наш!

Мола, с которым мы познакомились еще на Конгрессе Международной черкесской ассоциации в Стамбуле, как и следует по канонам адыгэ хабзэ, поинтересовался нашими впечатлениями о поездке, расспросил, есть ли проблемы, пожелания, просьбы, только после этого познакомил нас со своими соратниками, детально рассказал о программе на ближайшие пять дней. Более серьезные разговоры решили отложить на вечер – в здании Хасэ делегацию из Адыгеи уже ждали представители черкесской диаспоры, так что возможностей наговориться обо всем будет с лихвой, пообещал Исхак.


В ГОСТЯХ У ЧЕЧЕНЦА

В Иордании традиционный "райдер" "Нэфа" пришлось вынужденно изменить. Главное, принципиальное, требование, безукоризненно выполнявшееся везде, куда приезжал ансамбль Мугдина Чермита – расселять представителей делегации по местным адыгским семьям – в Аммане хозяева выполнить не смогли. Проблема была, естественно, не в отсутствии места для ночлега – юных артистов ждали в любом доме, сложность заключалась совсем в другом: на адыгском языке здесь разговаривают значительно меньше наших соотечественников, чем предполагалось. О молодежи и говорить нечего: из двух десятков парней и девушек, опекавших нас, по-адыгски более-менее сносно говорили всего двое. После Кфар-Камы и Рехании, где картина абсолютно противоположная – там черкесов, не знающих родной речи можно на пальцах одной руки пересчитать – мы были ошеломлены и подавлены данным фактом. Несколько спасали только умение изъясняться буквально на пальцах, да ограниченный запас английских слов. Если бы не старшее поколение, в той или иной степени сохранившее знание материнского языка, можно было кричать "караул"!

Учитывая все обстоятельства, "Нэф" разместился в небольшом комфортабельном отеле, принадлежащем одному из местных чеченцев. Район тихий, город просматривался великолепно, вышколенный персонал отнесся к гостям с Кавказа со всем уважением, любая наша просьба выполнялась максимально быстро. И на том спасибо.


В ХАСЭ ИОРДАНИИ

До заката солнца мы просидели в гостинице. Активная фаза дня в Аммане начинается только с наступлением сумерек: днем из-за страшной жары – под пятьдесят градусов – местное население старается на улице не появляться, поэтому город оживает лишь после десяти вечера. Все увеселительные заведения – кафе, рестораны, кинотеатры, молодежные центры и спортивные комплексы – работают всю ночь напролет. Свободных мест, как правило, не бывает, все забито "под завязку", народ отдыхает до утра. Нам, естественно, пришлось спешно акклиматизироваться и приспосабливаться к местной специфике.

Из здания "Адыгэ Хасэ" Иордании, расположенного в западной части Аммана, навстречу делегации вышли человек тридцать – дружеские объятия, крепкие братские рукопожатия. Народу вокруг было много, вечерами черкесский культурный центр напоминает настоящий муравейник: сюда съезжаются не только адыги, но и представители абазо-абхазской диаспоры.

Сидеть за столом, просто потягивая чай, не хотелось – вокруг было полно интересного, поэтому неспешную беседу Мугдина Чермита, Каласава Тлеужа, Инвера Юнуха, Мадина Яхутеля и активистов Хасэ – Исхака Мола, Мухамеда Кардана, Наула Тхапсина, Жахи Риада, Мухамеда Хана, Зиуара Нагара, Усамы Абида, Хали Довжоко, Мухамеда Черкеса, Махмуда Нахуша – пришлось покинуть.

– Черкесское благотворительное общество в Иордании, со временем преобразованное в "Адыгэ Хасэ", было создано 16 октября 1932 года, – рассказал доктор Шамиль, который вызвался познакомить меня с повседневной деятельностью организации. – На сегодняшний день только в Аммане оно объединяет почти пять тысяч человек. Еще семь отделений Хасэ действуют в разных городах страны – Уадисире, Науре, Свелихе, Русайфе, Зарке, Джераше. Активно работают женское черкесское благотворительное общество, а также молодежное Хасэ.

Пока мы идем к зданию Хасэ, во дворе которого расположены объемная сцена и спортивная площадка, знакомимся поближе. Аслан великолепно говорит на четырех языках – арабском, английском, адыгском и… русском. В свое время – в середине 80-х – доктор Шамиль учился в Нальчике, где получил диплом врача, потом защитил докторскую диссертацию в Ставропольской медакадемии, став доктором медицинских наук. В Аммане он открыл собственную частную офтальмологическую клинику, считающуюся одной из лучших в стране, имеет солидную практику. Женат, воспитывает сына Сагида и дочь Раму.

– Я стараюсь использовать любую возможность, чтобы попрактиковаться в знании иностранных языков, – признается доктор Шамиль. – Это и для бизнеса хорошо, и для общего развития полезно. Вообще же я считаю, что сегодня необходимо владеть, как минимум, пятью языками, поэтому недавно начал осваивать иврит – пригодится.

По-русски Аслан говорит чисто, грамотно, с легким, чуть заметным восточным акцентом. Он очень начитан, производит впечатление настоящего профессора-интеллектуала, детально знает повседневную жизнь местной черкесской диаспоры – доктор Шамиль, как выяснилось, является секретарем созданного не так давно комитета Центрального "Адыгэ Хасэ" Иордании по внешним связям, а также возглавляет молодежный студенческий комитет организации.

– Сегодня в Хашимитском Королевстве проживает порядка 120 тысяч адыгов, это вторая по численности зарубежная черкесская диаспора, – подчеркивает он. – Чтобы усилить работу "Адыгэ Хасэ" и более эффективно координировать деятельность региональных отделений, было принято решение создать несколько профильных комитетов – студенческий, по внешним связям, культуре, сохранению адыгского фольклора, поддержке малоимущих и неполных семей. Давно и очень полезно действует наш Совет старейшин, в который входят наиболее уважаемые черкесы Иордании. Большое внимание уделяется экономическим вопросам – без финансовых средств рассчитывать на полноценную работу организации невозможно.

На первом этаже трехэтажного здания Хасэ расположены рабочие кабинеты и этнографический музей, который постоянно пополняется. Собранная здесь за несколько лет коллекция, конечно, богата, но, как говорят, несколько уступает частному собранию адыгских исторических ценностей, принадлежащему местному энтузиасту Али Бекизу, посвятившему этому делу практически всю свою жизнь.

Поднимаемся на второй этаж. Здесь – небольшая молельная комната, редакция журнала "Нарт", уютное кафе с национальной кухней, просторный конференц-зал, интернет-центр, библиотека, в которой собранно большое количество книг по истории Иордании, Ближнего Востока и Северного Кавказа. Теперь в ее архиве есть и подшивка газеты "Шапсугия", специально привезенная мной в Иорданию.

– Фонд библиотеки регулярно пополняется за счет пожертвований частных лиц, помогает и министерство образования страны, – говорит Аслан. – Один экземпляр каждого нового издания, выходящего в Иордании, обязательно поступает сюда. У нас можно найти книги на самых разных языках, поэтому к нам приходят люди самых разных национальностей и увлечений, даже специалисты, интересующиеся адыгской историей и культурой. Не так давно у нас несколько дней работали три студента из МГУ и МГИМО, собиравшие в Аммане материалы для своих кандидатских диссертаций.

Некоторое время в здании Хасэ появился и собственный информационный центр, созданный при поддержке министерства образования Иордании. В планах организации – его значительное расширение: интерес к современным компьютерным технологиям сейчас высок как никогда.

– За два года компьютерной грамотности здесь обучено более полутора сот человек, – рассказывает доктор Шамиль. – Пока тут установлено десять компьютеров, скоро будет около сорока. Филиал центра мы планируем открыть в Уадисире, где проживает крупная адыгская община, польза от этого проекта для всех очевидна.


ФИНАНСЫ – ЗАЛОГ УСПЕХА

Черкесская диаспора Иордании – обладает мощным экономическим и интеллектуальным потенциалом. Система, приносящая стабильный доход, наращивалась годами, база создавалась тщательно, с прицелом на будущее. Центральное Адыгэ Хасэ Королевства существует, главным образом, за счет добровольных частных пожертвований, но серьезно занимается и реализацией собственных коммерческих проектов. Иорданские черкесы традиционно являются крупнейшими землевладельцами в стране, а земля на Ближнем Востоке всегда была в высокой цене. Как мне рассказали, Черкесское благотворительное общество сегодня владеет недвижимостью, оцениваемой, минимум, в два миллиона долларов.

г.Амман. Концерт Нэфа в Ахли-клубе– Хасэ финансирует обучение студентов-адыгов, как в вузах Иордании, так и в зарубежных учебных заведениях, – рассказывает Аслан Мухамед. – Только в Кабардино-Балкарии и Адыгее обучается более тридцати наших ребят и девушек. Я сам в свое время смог получить образование в Советском Союзе благодаря финансовой помощи от организации. В настоящий момент помимо этой статьи расходов есть и другие: поддержка образовательного учреждения имени принца Хамзы в Аммане, где обучается более семисот детей и подростков, двух детских садов – в столице и Уадисире, трех танцевальных коллективов – при молодежном Хасэ в Аммане, при школе имени Хамзы и "Ахли-клубе" и так далее. Естественно, ни один из общественных или образовательно-культурных проектов, которыми мы плотно занимаемся не первый год, не смог бы существовать без серьезной финансовой основы. По-другому никак. У нас это, к счастью, реально понимает каждый.


БИЗНЕС ПО-БРАТСКИ

Спустя пару часов – было уже далеко за полночь – мы с Мугдином Чермитом поехали куда-то в центр Аммана. Исторические кварталы плавно перетекают в современные, но восточный архитектурный стиль города сохраняется тут непрекословно.

– Я познакомлю тебя со своими давними друзьями, это очень колоритные люди, вот о ком можно написать, – настраивает меня основатель "Нэфа".

Мы заходим в небольшой итальянский ресторан. Громко играет музыка, дымятся кальяны, много праздной молодежи и родителей с детьми. Этот бизнес принадлежит черкесам Амжаду и Раджебу Гукепш. Они же владеют торговым центром – дела, судя по всему, идут весьма неплохо. Амжад, первым вышедший поприветствовать гостей из Адыгеи, был очень радушен: сразу накрывается большой стол, к нам подсаживаются местные адыги. Компанию нам составил и старейшина Чатиб Гутэ. Он бывший военный, сейчас на пенсии, давно занимается общественными делами, некоторое время возглавлял Адыгэ Хасэ Аммана. Нам было о чем поговорить, много показательного удалось узнать и о хозяевах ресторана.

– Один интересный факт: родные братья Амжад и Раджеб женаты на родных сестрах-кабардинках Тане и Татьяне, – рассказывает Мугдин. – Мы знакомы много лет, это очень достойные уважаемые ребята, у них хорошие, крепкие семьи. Бывший зять Гукепшей (сестра братьев, к сожалению, скоропостижно ушла из жизни) является министром внутренних дел Иордании. Он араб, но долгое время живет среди адыгов, поэтому черкесскую тему знает очень хорошо.

Гукепши закончили один и тот же университет в Турине. Организовали свой бизнес не так давно, но развиваются очень активно, по мере сил поддерживают проекты "Адыгэ Хасэ".

– Раз в неделю в нашем ресторане проходят адыгские вечера, – говорит Амжад. – Собирается молодежь и люди постарше, слушают национальную музыку, танцуют, общаются. Собранные средства мы обязательно передаем на благотворительные цели. Это наш вклад в общее дело.


ЗОЛОТЫЕ СТРАНИЦЫ НАШЕЙ ИСТОРИИ

На следующий день нашим бысымом стал старейшина черкесской диаспоры Иордании Хасан Хурмэ – его имя хорошо известно в черкесском мире. Мы ехали на его машине в один из китайских ресторанов, расположенный неподалеку от российского посольства, хотелось совместить обед с неторопливым общением в спокойной обстановке.

– В свое время нынешняя столица Иордании была основана адыгами, – рассказывает Хасан. – Путешественники, побывавшие в этих местах во второй половине 19 века, называли Амман черкесским аулом. Немногие, к сожалению, знают, что первыми четырьмя мэрами города были черкесы по происхождению. Наши предки являлись владельцами крупнейших наделов земли, создавали крестьянские хозяйства, служили в армии, играли ведущую роль в политике, науке, культуре. Кстати, Иордания, как суверенное государство, появилось и состоялось во многом благодаря черкесам.

В 20-е годы прошлого века англичане, владевшие значительными территориями на Ближнем Востоке, выделили из своих колониальных земель отдельный эмират, получивший название Трансиорданского. Первым королем нового политического образования – Иордания – стал Абдалла Бен-Талал – представитель местной Хашимитской династии, которая, как говорят, ведет свою родословную от пророка Мухамеда. Придти к власти ему помогли черкесы, они же не раз укрывали монарха и его семью от недоброжелателей, оберегали от всякого рода происков соперников. Именно при Абдалле была сформирована черкесская гвардия, занимавшаяся личной охраной монарха. В верности, благонадежности и дружеском расположении кавказских горцев не раз убеждался и следующий король Иордании Хусейн, завещавший, чтобы его потомки стали такими же, как черкесы, частью этого древнего кавказского народа. Хашимиты, с огромным уважением относящиеся к черкесам, всячески поддерживают диаспору, в этом же духе воспитывают и своих детей. Постепенно произошло тесное духовное и культурное сращение монархической династии с адыгами. Кстати, до сих пор в черкесском мире принято считать, что эта владетельная семья имеет адыгские корни. Особенно много разговоров на эту тему появилось после конного похода иорданского принца Али, сына Хусейна, на Кавказ, совершенного в 1998 году. Проект готовился много месяцев, детально разрабатывался маршрут, который в точности повторял путь черкесских махаджиров с Кавказа через Турцию в Иорданию, по специальному заказу шились черкески для Али и его спутников, тщательно подбирались лошади знаменитой кабардинской породы. Преодолев не одну тысячу километров, потомок иорданских королей посетил Адыгею, Карачаево-Черкесию и Кабардино-Балкарию.

Год спустя, после смерти Хусейна, Али, искренне считающий себя Хашимитом и адыгом, сделал специальное обращение ко всем черкесам мира. "Однажды один адыг задал мне вопрос: "Почему ты заботишься о нас, почему ты помогаешь нам? Мы ведь – малочисленный народ, у нас нет власти и мы нация, находящаяся в процессе ассимиляции?" – говорится в этом документе. – Человек должен работать, не имея награды, ответил я ему. Награда будет не при жизни, а после нее, когда каждый из нас будет судим Всевышним по его делам. Адыги – прекрасный и древний народ с культурой и историей, которые сделали мир лучше. Тем не менее, адыги в своем нынешнем положении похожи на полностью парализованного человека. Хотя он понимает, что происходит, он не может заставить себя двигаться. Однако он не чувствует боли потому, что его руки и ноги потеряли чувствительность от воздействия паралича. Паралич может быть преодолен только тогда, когда адыги начнут просыпаться, узнают, что их величие заключается в единстве. Без единения они не будут способны противостоять ассимиляции, чуждому влиянию. У них не будет возможности сделать достойный вклад в мировую культуру и цивилизацию. Поэтому я призываю всех адыгов объединить наши усилия и энергию, чтобы преодолеть небольшие препятствия, основанные на племенных и исторических разногласиях. Пришло время учиться у прошлого и работать всем вместе над настоящим ради лучшего будущего. Необходимо пробудить наше сознание и двигаться вперед, чтоб поток времени не прошел мимо нас. И никогда снова ни один из нас, адыгов, не будет говорить о том, кем он мог быть, и кем он был или кем он мог стать. Он будет говорить с гордостью и радостью о том, кто он есть и кем он будет…"

г.Амман. Житель Кфар-Камы Мухамет Наш и старейшина адыгской диаспоры Иордании Хасан Хурмэ… Хасану Хурмэ нужно книги писать. О черкесах Иордании он знает практически все. Сведения, накопленные им, уникальны, имеют большое познавательное значение. Слушая старика, я вновь, к стыду своему, убедился, как ничтожно мало мы знаем историю своего народа.

– Город развивается бурными темпами, строится, расширяется, – продолжает свой рассказ Хурмэ. – Были времена, когда адыги составляли большинство местного населения, теперь нас стало заметно меньше: после конфликтов на Ближнем Востоке в Иорданию хлынул огромный поток беженцев, шумно и тесно стало.

Он перечисляет знаменитых черкесов, пользующихся уважением в этой стране. Среди них –генералы Джалал Хутат, Тахсин Шурдум, Хайретдин Хакуз, военный атташе Иордании в России Набас Мамдух, бывший советник короля Хусейна Саид Хабжоко. общественные деятели Самир Кардан, Исмаил Бандура, Камаль Джелуко и Шаукет Хавжоко, ученый и государственный деятель Мухамед Мамсыр, один из основателей Черкесского благотворительного общества в Иордании Мустафа Яган, бывший атташе по культуре посольства Иордании в России Тлостан Хашим, политик Рухи Шхалтух, сенатор Мунир Собар, главный инспектор армии Хашимитского Королевства Мансур Хакуз, начальник черкесской гвардии Короля Иордании Гази Кала, кинорежиссер Мухадин Кандур, писатель Мухамед Азыко, ученый-антрополог Сатаней Шхаляхо и другие наши соотечественники, в разные годы верой и правдой служившие государству – здесь сотни достойных фамилий.

Сам Хасан Хурмэ – успешный бизнесмен. Много лет назад он основал в Аммане многопрофильную фирму "Эльбрус", занимающуюся торговлей, инвестициями, сельским хозяйством и… выращиванием цветов. Сейчас магазины "Эльбруса" есть практически по всей стране. Хурмэ активно сотрудничает и с Адыгеей, давно занимается общественными делами, регулярно бывает на исторической родине, достойно представляя черкесов Иордании на крупных общественно-политических и культурных мероприятиях. В перечне проблем, волнующих нашу зарубежную диаспору, он называет необходимость налаживания прямого авиасообщения между Амманом и, скажем, Краснодаром, что автоматически послужит мощному развитию экономических, а также культурных связей между Россией и Иорданией, в значительной мере ускорит процесс духовной интеграции между черкесами, живущими на Ближнем Востоке и на исторической родине. Эта давняя мечта Хасана будет реализована летом 2009 года. Теперь добраться из Краснодара до Аммана можно без пересадок всего за два с половиной часа, вместо изнурительно длительного пути через Москву или Стамбул. В числе первых пассажиров нового авиамаршрута был, естественно, сам Хурмэ.


ШАПСУГИ ХАТХЕ

Перед репетицией "Нэфа" в клубе "Ахли" на звуки адыгской музыки стали съезжаться местные черкесы. Лично поприветствовать Мугдина Чермита и его дружную команду специально приехал 67-летний Расим Хатхе. Он с нетерпением ждал визита адыгской делегации, поэтому, естественно, был в приподнятом настроении.

г.Амман. Расим ХатхеХатхе, имеющий частный фармацевтический бизнес, – один из самых влиятельных черкесов нашей диаспоры в Иордании, человек обеспеченный, уважаемый и, как сегодня принято говорить, статусный: по мелочам не разменивается, цену себе и жизни знает хорошо. В свое время он получил профильное образование в Индии, сумел наладить собственное прибыльное дело.

– В Аммане живет пять семей из шапсугского рода Хатхе, исторические корни которого – на Черноморском побережье Кавказа, – рассказал Расим. – Я хорошо знаю своих родственников в Шапсугии, всегда с удовольствием бываю в Сочи, обязательно посещаю Адыгею. Наша родина прекрасна и удивительна, где еще есть такая?

Не менее знаменитым в среде адыгской общины Иордании был брат Расима, Иссам, ушедший из жизни, и его сын Инал, занимающий пост руководителя канцелярии, управляющего делами принца Али. Как мне рассказали, Инал, постоянно загруженный на своей основной работе, все же находит время для регулярных занятий с местной адыгской молодежью – преподает азы народных танцев. Говорят, молодой наставник, ему нет и сорока, очень требователен к своим ученикам, считая, что мало просто уметь правильно двигаться на сцене или в кругу джэгу, – нужно, в первую очередь, научиться внешне и внутреннее соответствовать имиджу настоящего черкеса. А процесс этот очень сложен и тернист, тем более для тех, кто оторван от земли предков…


"НА РОДИНЕ ВСЕ ПО-ДРУГОМУ…"

В автобус с мужской группой ансамбля "Нэф", отъезжавший от гостиницы, заглянул молодой парень.

– Здравствуйте, учитель, вы помните меня? – с надеждой спросил он у хореографа "Нэфа" Инвера Юнуха. – Я учился у вас в Майкопе…

После непродолжительного замешательства, вызванного неожиданностью всего происходящего, Инвер недоверчиво воскликнул: "Неужели Ахмед?!"

23-летний уроженец Аммана Ахмед Шафакудж своего бывшего наставника узнал сразу. Несколько лет Инвер Юнух, ныне работающий с "Нэфом" и ансамблем "Афипс", преподавал в Майкопском колледже искусств, на хореографическом отделении которого учился юный адыг из Иордании. В столице Адыгее он прожил несколько лет, здесь же научился свободно, практически без акцента, говорить на адыгском и русском языках.

– Наша семья стала второй адыгской семьей переехавшей из Аммана в Адыгею, – рассказывает Ахмед. – Два года спустя после нас, в 2000-ом в Майкоп репатриировал дядя со своей семьей. Когда я оказался на исторической родине, мне было всего 8 лет. Учился в республиканской гимназии. В один из дней среди детей моего возраста производился набор в хореографический класс – я попробовал, меня взяли.

После окончания гимназии, Ахмед закончил Майкопский колледж искусств. Год работал в знаменитом "Нальмэсе", еще полтора – в не менее прославленном "Исламее", получив поистине бесценный опыт выступлений на высоком уровне.

Занимался народными танцами и его брат Баха, но дальше обычного увлечения у него дело не пошло.

Пару лет назад Ахмед Шафакудж по семейным обстоятельствам был вынужден вернуться в Амман. Сейчас работает гидом в крупной экскурсионной фирме "Evropcar", обслуживающей туристов из России, посещающих Иорданию. Занятие интересное, рассказывает Ахмед, выгодное, но все же – не мое.

– Я соскучился по родной Адыгее, по друзьям, которых у меня там много, по настоящим адыгским танцам, – с ностальгией говорит он. – В Майкопе все по-другому, чем здесь, все намного проще – и люди, и уклад жизни, и атмосфера. Уехав, я словно лишился частички своей души и сердца – очень тоскую по родине…

– В Аммане есть несколько достаточно сильных хореографических коллективов, почему не работаешь в них? – спрашиваю у Ахмеда.

– Тут и задачи другие, и подход к делу совершенно иной, чем тот, к которому я привык, – считает он. – Коллективы в Иордании выполняют больше представительские функции, то есть показывают, что культура черкесов сохранена, развивается, что она такая красивая и разнообразная, и все… О серьезных творческих целях тут пока не помышляют, а это не по мне.

Выступление "Нэфа" для Шафакуджа и его иорданского друга Ахмеда Тугуза, студента местного университета, тоже серьезно занимающегося народной хореографией, было завораживающим, заставило вновь вспомнить годы, прожитые в Адыгее, на родине предков. А такое не забывается никогда…


ИОРДАНСКИЙ ТРИУМФ "НЭФА"

К подготовке массовых мероприятий иорданские адыги подходят очень основательно, по-европейски, совсем не так это принято, скажем, у нас. Внешне это напоминает своего рода цветной пазл: из отдельных разрозненных частей, каждому из которых уготовано сугубо свое место, составляется общее целое, к работе привлекаются десятки людей, отвечающих за конкретное направление в данном процессе – рекламу, распространение билетов, продажу национальных сувениров, вопросы безопасности, оформление сцены и настройку звуковой аппаратуры. Как рассказал один из активистов Хасэ, серьезно относиться к делу, даже к мелочам, их заставила сама жизнь: уровень организации концерта подчеркивает статуса организации, а к таким вещам здесь принято относиться со всей серьезностью – положение обязывает. На мероприятия, проходящие под эгидой Черкесского благотворительного общества, приглашаются самые уважаемые люди в стране – члены королевской семьи, министры, крупные бизнесмены, депутаты парламента, представители других кавказских диаспор, поэтому все должно быть достойно.

Внимательно наблюдая за подготовкой к выступлению "Нэфа" в клубе "Ахли", я воочию увидел весь организационный процесс, как правило, скрытый от посторонних глаз, и был приятно поражен, насколько все делается аккуратно и основательно, даже стулья на площадке перед сценой устанавливались в длинные ряды… строго по ленточке – безукоризненно ровно. Мелочь? Нет, считают здесь, каждая деталь, даже, на первый взгляд, незначительная имеет определенное значение. Никакой суеты. Никаких лишних движений. Люди занимаются своим делом, поэтому каждый знает: все будет готово вовремя и как нужно.

… Зрители начали собираться за час до концерта. Шли большими семьями – по пять семь, а то и больше человек. Иногда вместе можно было увидеть сразу несколько поколений одного рода – от прадедушек до совсем юной поросли, только-только делающей первые самостоятельные шаги. В особенно приподнятом настроении пребывала, естественно, молодежь. Родного языка большинство из этих ребят и девушек не знают, но черкесом себя тут осознает каждый.

– В Кфар-Каме и Рихании адыгский язык удалось сохранить, главным образом, благодаря компактному, обособленному проживанию там наших собратьев, – считает старейшина Чатиб Гутэ, несколько извиняясь за то, что арабская речь в "Ахли-клубе" звучит чаще, чем черкесский говор. – Было время, когда в Аммане, где кавказские горцы жили большими, густонаселенными кварталами, даже иорданцы и палестинцы свободно говорили по-адыгски, теперь об этом только вспоминать остается…

Старейшины и почетные гости занимают первый ряд, поближе к сцене. Весело о чем-то переговариваются, улыбаются, для них каждое мероприятие, проходящее под эгидой "Адыгэ Хасэ", – прежде всего, возможность для встреч и общения. Вижу ученого Мухамеда Мамсыра, работающего над составлением Черкесской исторической энциклопедии, которая выйдет на арабском языке. Рядом гостьи из США – известный общественный деятель Мажда Хавжоко и председатель "Адыгэ Хасэ" Калифорнии Чик Чичек. Тут же – генерал иорданской армии Хайретдин Хакуз, бывший министр мелиорации, начальник департамента правительства Иордании Духкан Умар Абдала, в недавнем прошлом атташе по культуре посольства Хашимитского Королевства в США Тлостан Хашим, экс-министр продовольствия страны, ныне – сенатор Мунир Собар (Шаброко), а также Исхак Мола и активисты Центрального "Адыгэ Хасэ". На концерт "Нэфа" приехали и черкесы из соседних стран – Сирии, Турции, Израиля. Сдержал свое обещание и наш бысым в Кфар-Каме Мухамед Наш, специально прибывший в Амман с супругой и дочерьми.

Все ждали принца Али – он старается не пропускать подобного рода культурные акции, но в последний момент приезд молодого наследника королевской династии был, к сожалению, отменен: после смерти отца – короля Хусейна, на Али лежит множество государственных дел, которые отнимают массу времени и требуют его постоянного присутствия во дворце.

В этот вечер "Нэф", находившийся в великолепной физической форме, был просто неподражаем. Выступать перед столь взыскательной публикой особенно сложно, тем более для юных артистов, но подопечные Инвера Юнуха и Софят Сташ справились с непростой задачей на все сто. Звучали старинные адыгские песни, стихи на родном языке, коллектив продемонстрировал все танцевальные композиции из своего репертуара, одним словом, "откатал" полную концертную программу. Тепло встретила публика и заслуженную артистку Адыгеи Симу Куйсокову – ее песни полюбились сразу. Это был большой и несомненный успех ансамбля Мугдина Чермита, который стал первым самодеятельным коллективом с исторической родины, выступавшим в Аммане. Теперь "Нэф" составил компанию прославленным "Нальмэсу", "Исламею" и "Кабардинке", в разные годы гастролировавшим здесь.

– Выступление "Нэфа" удивило и порадовало людей, а также наглядно продемонстрировало, насколько велика у адыгов Иордании тяга к народной культуре – свободных мест попросту не было, – подчеркнул доктор Шамиль. – На концерт пришли около семисот человек. В их числе оказались даже те, кто обычно из дома не выходит, их непросто завлечь на подобного рода мероприятия, но они пришли именно на "Нэф" – и это во многом показательно.

– Наша культура, язык и обряды очень красивы, мудры, самобытны, – считает Мухамед Наш. – Духовное и историческое наследие предков позволяет нам ощущать гордость за принадлежность к своему народу, с высоко поднятой головой называть себя черкесами везде, где бы мы ни жили. Благодаря "Нэфу" каждый из нас получил огромный заряд положительных эмоций и настроения. Поверьте, ради этого стоило специально приехать из Израиля в Иорданию.

г.Амман. Мугдин Чермит и Исхак МолаПосле концерта Мугдин Чермит вышел на сцену, чтобы вручить памятные подарки Исхаку Мола, а в его лице – представителям нашей диаспоры в Иордании.

– Нынешний визит – еще один большой шаг навстречу друг другу, – отметил, обращаясь к зрителям, основатель "Нэфа". – Всякий раз приезжая в новую страну проживания адыгов за рубежом, мы протягиваем каждому из вас руку братской дружбы, призываем наш многострадальный народ, рассеянный по миру, к духовному единению, рассчитываем на дальнейшее развитие экономических и культурных контактов. Но главная наша цель – широко распространять самобытную культуру, помочь сохранить родной язык, спасти нацию от духовной и физической ассимиляции…


"АДЫГ – НЕ ТОТ, У КОГО РОДИТЕЛИ-АДЫГИ, А ТОТ, У КОГО АДЫГАМИ ЯВЛЯЮТСЯ ДЕТИ"

Анализируя слова Мугдина Чермита, а об этом он говорит везде, куда приезжает "Нэф", вспомнилась одна интересная встреча. О ней хочется рассказать особо и именно в контексте визита в Хашимитское Королевство – вы поймете почему. В Исполкоме Международной черкесской ассоциации, избранном на Конгрессе общественной организации, проходившем в Нальчике летом 2003 года, адыгов Иордании представлял наш соотечественник, репатриант из этой страны, вернувшийся на свою историческую родину, ученый, преподаватель Адыгейского государственного университета Даут Тлебзу. В июне 2005 года после продолжительной тяжелой болезни Даут, с именем которого связано немало значимых для адыгского этноса дел, скоропостижно ушел из жизни. В составе Исполкома его сменил Хани Яхутль – земляк и друг Тлебзу.

Даут Тлебзу и Хани Яхутль – родом из адыгского селения Уадисир, расположенного в пригороде столицы Иордании. Оба – из числа самых первых наших соотечественников, живущих в этом государстве, в 60-е годы прошлого столетия отправившихся на учебу на свою историческую родину предков: Даут учился в Майкопе, Хани – в Нальчике. После окончания вузов и получения высшего образования земляки вернулись в Иорданию, но вскоре решили круто изменить свою судьбу и вновь отправились в Советский Союз, но уже на постоянное место жительство.

С тех пор, вот уже не одно десятилетие абадзех Хани Яхутль живет в столице Кабардино-Балкарии, работает в архитектурном комитете администрации города Нальчика. Несколько лет назад он создал здесь семью, женился на кабардинке, недавно стал дедушкой. В ходе беседы Хани рассказал, что в Уадисире остались его мать, родные и близкие, он сам периодически посещает Иорданию, навещает родственников.

Яхутль прекрасно говорит на арабском и адыгском, свободно изъясняется на русском языке. Он очень интеллигентен, глубоко осведомлен о жизни и проблемах нашей зарубежной диаспоры, давно занимается общественными делами.

В разговоре с коллегами по Международной черкесской ассоциации Хани Яхутль высказал серьезное беспокойство по поводу усугубляющегося процесса ассимиляции адыгов, прежде всего подрастающего поколения. По его мнению, главной заботой народа сегодня должна стать именно молодежь. Запомнились при этом его слова, мудрость которых давно подтвердила сама жизнь: "Адыг – не тот, у кого родители-адыги, а тот, у кого адыгами являются дети…"

Лучше, убежден, не скажешь…


ИОРДАНСКИЙ ШАПСУГ НАБАС МАМДУХ

Еще один показательный эпизод из моей журналистской практики. Весной 2005 года народный ансамбль "Шапсугия" побыл в Москве. Коллективу, которым руководит Руслан Хейшхо, предстояло принять участие в крупном Международном фольклорном фестивале "Солнце светит всем", собравшем коллективы со всей России и стран Ближнего зарубежья. В ходе организации этого многодневного визита неожиданно, но как-то сама собой, возникла идея, пользуясь случаем, выступить и перед представителями черкесской диаспоры столицы – когда еще представится такой случай? Автор проекта – председатель общественного парламента шапсугов Маджид Чачух – сразу взялся за дело, вопрос был решен в течение пары дней. Местом проведения сольного концерта ансамбля из Сочи было выбрано Постоянное представительство Республики Адыгея в Москве. Зала там нет, поэтому пришлось довольствоваться просторным фойе – площадка, конечно, небольшая, но, в целом, вполне подходящая для полноценного сольного выступления.

Первый в истории концерт "Шапсугии" в Москве собрал сотни людей самых разных возрастов. В числе зрителей, присутствовавших на выступлении танцоров с Черноморского побережья, было немало интересных, заслуживающих широкого внимания, людей. Здесь, например, мне удалось познакомиться с совершенно уникальным человеком – военным атташе Посольства Королевства Иордания в России, бригадным генералом Набасом Мамдухом, шапсугом по происхождению. Беседа с ним, переросшая в интервью, была опубликована в газете "Шапсугия" и вызвала повышенный интерес у читателей.

По словам самого Набаса, приехавшего на концерт с супругой, его дед с семьей, в последние годы Русско-Кавказской войны перебрался с Черноморского побережья в район нынешнего города Майкопа, а уже оттуда, в возрасте сорока лет, – в Турцию. Позже он оказался в Иордании, где решил прочно и надолго обосноваться. Есть ли у него сегодня родственники в Причерноморской Шапсугии, Мамдух не знает, но помнит, что отец слышал от деда упоминания о том, что их родовые корни находятся где-то в окрестностях Туапсе. Более никаких сведений об этом, к сожалению, не сохранилось.

Всю свою жизнь Набас, еще в юности окончивший военное училище, подобно многим черкесам в Иордании, посвятил военному делу, получил звание бригадного генерала и вот уже полтора года работает в Москве военным атташе Посольства Иордании, хотя в России впервые смог побывать еще четыре года назад. Свободно говорит на шапсугском диалекте, владеет иностранными языками. Нескольких минут общения с ним стало достаточно, чтобы убедиться в том, насколько это грамотный, эрудированный и образованный человек.

– С каким настроением вы пришли на концерт ансамбля из Причерноморской Шапсугии?

– Я пришел посмотреть на наше национальное искусство, насладится народными песнями и танцами шапсугов. Мне всегда это интересно и доставляет несравнимое эстетическое удовольствие. Кстати, в Иордании, где проживает много адыгов, существуют несколько больших коллективов, благодаря которым все эти годы наша культура не только сохраняется, но и развивается. Я очень внимательно наблюдал за выступлением юных адыгов из Сочи, у меня осталось очень много впечатлений от увиденного, поэтому будет, что рассказать соотечественникам, когда я вернусь на родину. Сегодня шапсуги подарили нам настоящий праздник, я отдохнул душой и сердцем, поэтому глубоко благодарен артистам за их искусство.

– Как живут сегодня наши братья в Иордании?

– Могу с уверенностью сказать, что в Иордании адыги живут значительно лучше, чем во многих других государствах. Здесь и уровень благосостояния выше, и есть все условия для развития нашей культуры. У нас растет интересная и талантливая молодежь, стремящаяся к изучению родного языка, к народным песням, танцам, ремеслам. Как это и принято у адыгов, мы часто собираемся вместе, проводим вечера музыки и танца. Старики вспоминают прошлое, мудро руководят жизнью диаспоры, а молодежь, в большинстве своем, твердо следует советам старших. Нам не стыдно за подрастающее поколение.

– Каким образом адыгам в Иордании удается узнавать о том, что происходит в России, на Кавказе, на их исторической Родине?

– В последние годы это уже не составляет никаких проблем. К нам часто приезжают ученые, писатели, артисты из Адыгеи и Кабардино-Балкарии, да и у нас появилась возможность по мере необходимости бывать в России, на Кавказе, посещать те места, где когда-то жили наши предки и располагались родные аулы.

Уже на прощание Набас Мамдух поделился впечатлениями о своем первом приезде в Адыгею, рассказал о трогательных и ностальгических чувствах, которые посещают душу каждого, кто после долгого отсутствия вновь припадает к родной земле…


БРАВЫЙ ГЕНЕРАЛ ШУРДУМ

г.Амман. Здание Центрального Адыгэ Хасэ ИорданииВсе эти дни я не выпускал записную книжку и фотоаппарат из рук – расслабляться было некогда, интересная информация, за которой охотится любой черкесский журналист, лилась нескончаемым бурным потоком. Особенно много сведений было связано с местными семьями, знаменитыми и уважаемыми здесь людьми, по-настоящему легендарными адыгами, без устали прославлявшими свой народ. О них можно отдельные книги писать – это и для нашей истории необходимо, и для молодежи полезно: будет с кого "делать" жизнь. Например, в когорте наиболее выдающихся черкесов Иордании имя Тахсина Шурдума (он ушел из жизни в мае 2009 года. – Прим. А.Н.) значится в числе первых. Об этом выдающемся человеке мне рассказывали тхаматэ Центрального Адыгэ Хасэ Исхак Мола, сам бывший военный, и старейшина Хасан Хурмэ, плотно опекавший нашу делегацию.

– Шурдум – яркая и незаурядная личность, – говорил Хурмэ. – Он был безгранично предан своему делу, государству, народу, принадлежностью к которому всегда гордился. Даже среди черкесов, знаменитых своими успехами на военном поприще, он – фигура, безусловно, особая. Тахсин, получивший блестящее военное образование, занимал ключевые посты во властных структурах Иордании, сделал блестящую карьеру в Вооруженных силах страны. В разные годы он служил военным атташе Иордании в США, был начальником штаба сухопутных войск королевства, командовал специальными воинскими силами страны, возглавлял Управление внутренней безопасности страны.

В 2004 году Тахсин Шурдум ушел в отставку в звании  генерал-полковника, но его огромный профессиональный и жизненный опыт был востребован в другом важном посту – в ранге министра наш соотечественник долгое время исполнял обязанности советника короля Иордании по вопросам внутренней безопасности.


МУЗЫКАЛЬНЫЕ ТАЛАНТЫ

Больше всех визит "Нэфа" в Иорданию вдохновил, пожалуй, местную черкесскую молодежь. Десятки парней и девушек, активисты студенческого Хасэ, проявили истинное кавказское гостеприимство. Многие из наших соплеменников специально приезжали в Амман из других городов страны, чтобы познакомиться и просто побыть рядом со своими ровесниками из Адыгеи. Мы вновь убедились, что потребность в общении с собратьями у молодого поколения адыгов, живущего на чужбине, сегодня особенно велика. Интернет – штука, конечно, полезная, но разве может он заменить живой диалог лицом к лицу или джэгу, дающее возможность выразиться в народном танце любому? В Иордании, впрочем, как и в Турции – танцевать умеют практически все. Это особая статья для гордости – "удж", "кафу", "зэфаку", "тлепарыш", "щэщэн" или "загатлят" – осваиваются с детства, поэтому в танцевальном кругу можно увидеть даже самых маленьких черкесов, практически ни в чем не уступающих своим более старшим соплеменникам.

В один из дней мы стали свидетелями интересного события. Ежегодно под эгидой Центрального Адыгэ Хасэ Иордании организуется летний лагерь для черкесских детей. В течение месяца мальчишки и девчонки разных возрастов осваивают азы родного языка, приобщаются к традициям своих предков, учатся танцевать. Конечно, тут все прекрасно понимают: процесс этот очень долгий, непростой, поэтому сразу добиться результата невозможно, но надо ведь с чего-то начинать? Так вот делегация из Адыгеи попала на своего рода выпускной вечер, где юные воспитанники показывали чему они научились за прошедшие дни.

Во дворе здания Черкесского благотворительного общества собралось человек триста – родители, активисты Хасэ, старейшины, молодежь. В этот вечер на сцену выходили десятки детей и подростков – от пяти до шестнадцати лет. Они пели, танцевали, исполняли народные мелодии. Свои первые работы показали и юные модельеры, создавшие собственные варианты одежды, выполненные в традиционном адыгском стиле.

Здесь же мне удалось познакомиться с группой талантливых молодых ребят-музыкантов, готовившихся к участию во Всемирном фестивале адыгской культуры, который проходит в Майкопе. В октябре 2008 года мы встретились уже в столице Адыгеи, обрадовались новой возможности пообщаться, как давние друзья. К тому моменту – Мухамед Апиш, Науруз Пшидадок, Мухамед Анфоко, Ихаб Джанхот и Мухамед Насып уже являлись гордыми обладателями высокого статуса лауреатов фестиваля. Дипломом был отмечен и их земляк, знаменитый в Иордании и черкесском мире певец-бард Еуан Бакиж, впервые выступавший на исторической родине.

– Мы готовились долго, очень серьезно, переживали, как нас примут зрители фестиваля, – признается Науруз Пшидадок. – Каждый из нас осознавал огромную ответственность, ведь мы представляли здесь большую адыгскую диаспору Иордании, поэтому постарались, в первую очередь, справиться с сильным волнением, достойно представить наше искусство, показать, что мы умеем. Спасибо организаторам, всем людям, поддержавшим нас. Домой мы возвращаемся с большим успехом и массой ярких впечатлений.

В отличие от своих товарищей по группе, Науруз, уроженец Аммана, в Майкопе давно стал местным, своим человеком. Он носит фамилию Пшидадок, но его родовая фамилия – Шапсугов. Науруз – выпускник иняза Адыгейского государственного университета, работает в одной из иорданских турфирм, человек активный, творческий: увлекается народной музыкой, танцами, имеет некоторый опыт в журналистике – несколько лет Науруз Шапсугов успешно сотрудничает с журналом "Нарт", издающимся Центральным "Адыгэ Хасэ" Иордании. На фестивале он уже не новичок – принимал участие в первом форуме черкесской культуры. Мечтает приехать на землю предков снова, надеется, что его примеру последуют другие черкесы Иордании. Для этого сейчас нет никаких преград, убежден он. Было бы, как говорится, только желание…


В МУЗЕЕ КОРОЛЕВСКИХ АВТОМОБИЛЕЙ

После Петры и Джераша в экскурсионной программе "Нэфа" был еще один интересный объект – Музей королевских автомобилей, расположенный в самом Аммане, неподалеку от дворца Хашимитов. Место это знаковое, не побывать здесь, все равно, что не приехать в столицу этого государства: все туристы так или иначе стараются сюда попасть. Идея выставить на всеобщее обозрение гордость королевского автопарка – раритетную автомобильную технику разных эпох, которой пользовалась монархическая семья, в общем-то, не нова, подобное есть во многих странах. Цель понятна: это укрепляет имидж государства, подчеркивает демократизм и открытость властей, а также, что тоже немаловажно, проносит некоторый доход в казну – посетителей тут всегда хватает.

В Иорданском музее собрано более ста экспонатов автомобилей и мотоциклов. Это уникальные раритеты – от экзотических, например, 8-цилиндровой модели "Кадиллака" 1916 года и штучных произведений знаменитых заводов "Харли Дэвидсона" до суперсовременных экземпляров "Бентли", "Роллс-Ройсов", "Феррари", "Астон Мартинов" и "Ламборджини". Есть тут даже мощные спортивные болиды и крошечные детские карты – просто глаза разбегаются от всего этого великолепия. По каждой отдельной машине можно историю изучать, легко "читаются" и личные предпочтения монархов, что нашло воплощение в выборе тех или иных моделей транспортных средств.

Вся техника, даже уже активно не использующаяся в повседневной жизни королевской династии, находится в прекрасном состоянии, смотрители музея каждые три дня обкатывают ее в соседнем парке, еженедельно проводятся специальные профилактические мероприятия, поэтому все работает, как часы: остается только топливо залить – и вперед!

Кстати, это богатство можно легко увидеть и в деле – рядом с каждым экземпляром эскортного автомобиля или машины охраны установлены телеэкраны, на которых демонстрируются кадры кинохроники, что позволяет сразу погрузиться в ту или иную историческую эпоху. Понятное дело, собирать восторженных артистов "Нэфа", впервые увидевших подобное количество уникальной техники в одном месте, пришлось дольше привычного – легче, наверное, сладкоежку оторвать от куска торта…



ПЕШКОМ ПО ШАПСУГСКОМУ РАЙОНУ…

В последний вечер пребывания в Аммане хозяева пригласили взрослую часть нашей делегации на ужин в ресторан. Ехали недолго – заведение было расположено в одном из центральных фешенебельных районов города. Говорящим было и название заведения – "Кариет эль-Нахия", что означает "Селение среди пальм". Сидели за столиком в прохладе фонтана. Играла арабская музыка. Говорили долго: обсуждали концерт, делились впечатлениями от увиденного в Иордании, строили планы на будущее. Часа в два ночи, после обильного восточного застолья, ехать в гостиницу совсем не хотелось: "Белый город", как еще называют Амман из-за светлого цвета природного камня, из которого здесь строят дома, дразнил, манил, звал к себе яркими цветами неоновых огней, поэтому мы решили просто немного побродить по его улицам, почувствовать себя частью насыщенной ночной жизни огромного мегаполиса. Возвращались пешком. Прошли несколько кварталов, потом, уже изрядно утомленные впечатлениями, сели в автомобили, быстро домчавшие нас до отеля. Один из местных черкесов, крепко пожимая руку на прощание, неожиданно произнес:

– Только что ты гулял по историческому кварталу, который еще в девятнадцатом веке был основан шапсугами с Кавказа. Его до сих пор называют Шапсугским районом, но адыгов там уже, к сожалению, почти не осталось…


Анзор НИБО.
Рехания – Амман – Кфар-Кама.

Август 2007 г. – январь 2010 г.
Фото автора. 


Комментарии (0)



    Вы должны авторизоваться, чтобы оставлять комментарии.

    Вход Зарегистрироваться