Раритетная история черкесов0


Иван БакижЖитель Аммана Али Бекиж – человек незаурядный, увлеченный. Его домашняя коллекция старинных раритетов, каждый из которых является яркой частицей многовековой культуры адыгов, считается крупнейшей в Иордании.

2008 год. Майкоп. Всемирный фестиваль адыгской культуры. Молодой парень, под гитару исполнявший патриотичную песню о родине предков, поразил зрителей своей эмоциональностью – пел искренне, с надрывом. Мелодия, написанная в стиле современного этнорока, на удивление гармонично вписалась в общее действо, происходившее на сцене, и буквально сразу, с первых же аккордов, "схватила" за живое. На гала-концерте ее пел буквально весь зал. Это выступление, по мнению многих, стало одним из самых ярких дебютов на форуме.

Мы быстро и легко познакомились. В столицу Адыгеи паренек приехал из Иордании. Фамилия – Бекиж. Имя – Иван. Бард, рок-музыкант. Сам пишет музыку, слова песен. Записал несколько дисков с собственными композициями, широко разошедшимися по странам диаспоры. Учился в Нальчике. Историческая родина дала ему возможность в полной мере реализовать свои творческие идеи и наиболее полно раскрыться как музыканту. На этом разговор о себе Иван принципиально перевел в иную плоскость, мол, хватит обо мне, вон, сколько интересных людей вокруг, они больше достойны внимания журналиста. Пришлось согласиться. Хотя я дал себе зарок при первой же возможности вернуться к этой теме снова: уж слишком незаурядным мне показался этот скромный черкес из рода Бекиж.

… Дальняя окраина Аммана. Отсюда до центра города даже по местным меркам далековато –почти час на машине. Густонаселенный пыльный квартал с однотипными строениями традиционной арабской архитектуры еще лет двадцать-тридцать назад был самостоятельным поселком, расположенным в пригороде столицы Иордании. Сегодня он целиком "поглощен" мегаполисом, продолжающим, подобно кругам на воде, активно разрастаться во все стороны.

Али Бекиж - слева со своими гостямиГенерал Хейретдин Хэкуж, мастерски управляющий своим "BMW" в плотном потоке автомобилей, обещает показать нечто особенное. Мы едем в гости к удивительному человеку, то, что вы увидите, нет больше нигде в этой стране, поэтому потерпите, не пожалеете, подчеркивает он. Спустя полчаса, мы уже поднимаемся по узким ступенькам куда-то вверх, еле протискиваясь между тесно прижавшимися друг к другу домами. У двери одного из особняков нас встречает седой мужчина лет шестидесяти.

– Бекиж. Али, – представляется хозяин дома. – Фэсапши, къеблагъ!

Сразу за порогом – совершенно иной мир: шагнул – и словно в музей попал. Буквально каждый сантиметр полезной площади всего первого этажа – в три просторные комнаты – наполнен редчайшими, по-настоящему раритетными вещами. Чего тут только нет – просто удивительно! Али, похоже, уже успевший привыкнуть к подобной восторженной реакции гостей, не торопится: подробно интересуется нашими делами, здоровьем, впечатлениями от пребывания в Иордании. Это не просто часть традиционной в любом адыгском доме церемонии, таким образом, хозяин хотел подчеркнуть свое особое уважение к людям, посетившим его жилище – сенатору Муниру Шаброко, генералам Мансуру и Хейретдину Хэкуж, основателю ансамбля "Нэф" Мугдину Чермиту, главе Энемского поселения Хизиру Хотко и журналистам с Кавказа.

Сам Али – бизнесмен, владеет туристической фирмой с обширными связями. Бекиж, являющийся деловым партнером "Кубанских авиалиний", несколько лет назад открывал регулярные авиамаршруты из Краснодара на Ближний Восток, в частности, в Сирию и Иорданию. Дела идут неплохо, говорит он, самолеты, особенно летом, заполнены в оба конца, а это очень добрый знак: значит, связи между диаспорой и исторической родиной активно развиваются.

… – Вот мои предки, – показывает он крупные черно-белые фотографии, висящие на стене. Именно отсюда начинается импровизированная экскурсия по частной коллекции хозяина дома. – Здесь отец, дед, прадед. У каждого – своя удивительная судьба, полная событиями жизнь, не на одну книгу хватит…

Рядом на столике – несколько цветных снимков. На одном супруга Али – Дина, на другом… – знакомое лицо Ивана Бекижа! Неужели..?

– Да, это мой сын! – гордо говорит Али. – Сейчас он в Сухуме. Его пригласили поработать несколько месяцев – пишет музыку для Абхазского телевидения. Заодно и язык подучит. В Нальчике он практиковался в адыгском, в Сухуме немного освоит абхазский. В жизни обязательно пригодится. Ему нравится на Кавказе, всякий раз возвращается окрыленный. Неудивительно, что лучшие свои песни Иван написал там, на родине…

Картины, панно, гобелены, гравюры, редкие старинные фотографии, статуэтки, национальная одежда, музыкальные инструменты, домашняя утварь, произведения народных умельцев – тут есть все. Или практически все. Каждый предмет проникнут истинным адыгским духом, несет особую печать той или иной исторической эпохи. Во всем видна основательность, системность, серьезный подход к делу. Видно, Бекиж на мелочи не разменивается, собирая в Иордании и в странах проживания черкесской диаспоры только особенно ценные вещи, чудом сохранившиеся штучные экземпляры. Судя по тому, что ему уже удалось приобрести, работа была проделана колоссальная, денег на это Али явно не жалеет!

– Мое увлечение коллекционированием черкесской старины началось лет двадцать назад вот с этого.., – Али с большой осторожностью берет в руки старый кинжал. Он практически в идеальном состоянии, лишь несколько потемневшее от времени лезвие выдает его "преклонный" возраст. – Клинок привезен с Кавказа, трепетно хранился в нашем роду, передавался из поколения в поколение. Как утверждал отец, ему, по меньшей мере, порядка трехсот лет, так что эта сталь многое могла бы рассказать…

Сейчас в частной коллекции Бекижа собраны десятки сабель, шашек, кинжалов, ножей – это, безусловно, его самая большая гордость и страсть. Подобное безграничное уважение к хорошему оружию, которым наши предки защищали свою честь и родную землю, живет в крови каждого горца. Столь глубокий благоговейный трепет впитывается с молоком матери, его невозможно описать словами, тем более купить или продать.

– Эта гармошка тоже является частью наследия нашего рода, ей не меньше ста лет, но она достаточно неплохо сохранилась, – Бекиж нежно растягивает меха, извлекая из инструмента мелодичные звуки. – Согласитесь, у нее удивительный, просто неповторимый звук – тонкий, лиричный. Говорят, так звучит родина…

Мы внимательно осматриваем каждый из почти трех сотен экспонатов коллекции, напоминающей "закрома" крупного музейного запасника, всматриваемся в фотографии. Хозяин подробно рассказывает их историю. Здесь есть поистине уникальнейшие вещи.

– Вот, например, настоящая редкость, – говорит Али, показывая небольшой по размерам значок. На нем изображен всадник в черкеске, мчащийся на коне, видны какие-то надписи на иностранном языке. – Это отличительный знак воина Черкесского полка в составе французской армии, действовавшей в 20-30-х годах прошлого века на территории Сирии. Адыги шли в атаку под знаменем с надписями на адыгском и французском языках. Кстати, лучшие бойцы этого полка, не раз проявлявшего чудеса мужества и героизма, в годы Второй мировой войны успели повоевать бок о бок с генералом Шарлем де Голлем.

Выросший на рассказах прадеда, на себе познавшего тяготы махаджирства, Али Бекиж впитал мудрость прежних поколений, в мельчайших деталях помнит все, что связано с историей его рода, корни которого – на территории нынешней Карачаево-Черкесии.

– Наш родовой аул носит название Докшукей, это километрах в семидесяти от Черкесска, – говорит хозяин дома. – Известен он и как Вако-Жиле. Старшие рассказывали, что в последние годы Кавказской войны мои предки были вынуждены уйти с насиженных мест. Сначала добрались до Кошехабля, а оттуда через Анапу переселились в Турцию. Позже судьба забросила их на Балканы, затем в Трансиорданию. Сегодня это просто отдельные точки на географической карте, для них же – чудовищно трудный и неимоверно долгий путь с родины на чужбину…

Внимательно слушая Али, очень увлеченного и незаурядного человека, посвятившего свою жизнь крайне важному делу – он смог сохранить для потомков сотни редких вещей, свидетельствующих о богатейшей культуре черкесов, мне вспомнились слова из песни его сына – талантливого барда Ивана Бекижа. Не дословно, конечно, но было там главное: "О, Родина, Родина, как ты близка и далека, как велика и прекрасна!".

Вот откуда, оказывается, в этом пареньке, так ярко "блеснувшем" на майкопском фестивале, столь пронзительная боль сердца и чувство глубокого сострадания к несправедливой исторической судьбе, постигшей наш народ. Гены есть гены, а они неистребимы. Не зря ведь мудрые говорили: народ жив, пока помнит!

Анзор НИБО.
Сочи – Амман – Сочи.
Фото автора. 

Комментарии / 0 из 0


    Уважаемый, посетитель!
    1. Обязательно укажите свое имя и поставьте галочку в графе "Я не робот".
    2. Публикация комментария может занимать несколько секунд. Пожалуйста, дождитесь подтверждающего сообщения после его отправки.
    3. Зарегистрированные пользователи могут получать уведомления об ответах и новых комментариях.