Интервью Сергея Багапша для радиостанции "Эхо Москвы"0


Сергей БагапшСергей Багапш на Эхо Москвы. Интервью. mp3 (7,8Мб) Т. ДЗЯДКО: У микрофона Тихон Дзядко. Мы работаем из Абхазии. И мой сегодняшний собеседник – Сергей Багапш, президент Абхазии. Сергей Васильевич, добрый день.

С. БАГАПШ: Добрый день.

Т. ДЗЯДКО: Мне хотелось бы начать вот с чего. Через месяц в Абхазии будут бурно отмечать годовщину признания Россией независимости Абхазии. Во-первых, что это будет из себя представлять, насколько вы ждете серьезных гостей, вроде, например, президента России Дмитрия Медведева.

С. БАГАПШ: Мы не планируем, что он обязательно должен приехать на празднование, годовщину нашей независимости. Возможно, приедет с каким-то рабочим визитом. Но это не обязательно, что именно 26 августа. Поэтому мы к этому относимся очень спокойно. Годовщину праздника будем отмечать торжественно, но скромно. Почему? Потому что самое главное достигнуто. Отмечать такой день мы будем всегда в истории нашего государства. Но форму мы продумаем. Самое главное, чтобы к празднику, к каждому празднику, каждый год это будет день независимости, это будет день победы нашего народа в войне с Грузией, чтобы мы внутри были готовы к этому. Я имею в виду экономически, стабильность, наше развитие на международной арене, наше движение, которое должно усиливаться и в отношении вместе с Российской Федерацией, возможно, вместе с Белоруссией, с другими странами. Поэтому мы к этому относимся спокойно, с пониманием того, что у нас впереди очень трудная задача. Одно дело – признание, другое дело – сделать всё, чтобы это признание поднять на высокий уровень как субъекта международного права.

Т. ДЗЯДКО: Т.е. в ближайшее время вы с рабочим визитом ждете все-таки президента Медведева?

С. БАГАПШ: Видимо, да. Поскольку он был в Южной Осетии. Как будет по времени у президента Российской Федерации… Возможно, председателя правительства. Если будет, мы будем очень рады.

Т. ДЗЯДКО: Хорошо. У нас на сайте в преддверие интервью было большое количество вопросов к вам. Вот один из них: «Насколько вы, получив поддержку России, называете себя независимыми от Грузии и являетесь независимыми от России сегодня?»

С. БАГАПШ: Полностью являемся… Ну, как независимыми?.. Интересный вопрос задают все, особенно западные журналисты, они любят эту тему обкатывать. Еще раз убедился, что в современном глобальном мире абсолютно независимых государств просто не существует. И нынешняя ситуация с кризисом показала, что все мы друг от друга зависим. Конечно, да, мы зависим дружескими отношениями от Российской Федерации. Да, Российская Федерация нам оказывает помощь. В Абхазии живут граждане РФ. У нас самые добрые и теплые отношения к России. Если это является зависимостью, то я за такую зависимость – за человеческие добрые отношения, за помощь народу, который пострадал в войне, который тяжело выходил из ситуации.

Вы помните времена блокады Абхазии, когда мы не могли выезжать в Российскую Федерацию, не могли выезжать мужчины старше 15 лет и моложе 55 лет. Мы через это прошли. Когда ни одна страна мира не спрашивала нас, даже не поинтересовалась: как вы живете, вы же тоже народ, вы же тоже люди, вас мало, но вы же нация; болеют ли дети, болеют ли взрослые. И только Российская Федерация пришла тогда на помощь и постоянно нам помогала. Если это зависимость, то я за такую зависимость, за такие отношения. А что касается зависимости политической или экономической…

Мы строим свое независимое государство. Мы зависим от России настолько, насколько каждая страна европейская – член НАТО зависит от НАТО для своей безопасности, чтобы обеспечить свою безопасность. И когда задают вопрос: здесь пограничники российские, военные российские, конечно, вы полностью будете зависеть от России. Я еще раз объясняю: если в Косово можно держать контингент 7 тысяч натовских войск и объявлять независимым государством, то почему мы не имеем права с дружественным нам государством, попросив их обеспечить нашу безопасность, развиваться как независимое государство? Да, мы очень многие вопросы будем согласовывать с Россией и на международной арене, и в международной политике, внутриполитические свои вопросы. Потому что мы считаем Россию близким нам государством.

Т. ДЗЯДКО: Между тем часто муссируется и некоторыми политиками в Москве идея возможного присоединения Южной Осетии и Абхазии к Российской Федерации.

С. БАГАПШ: Не стоит так вопрос. Я уже несколько раз говорил и еще раз хочу заявить, что нет такой необходимости, так российское руководство не ставит вопрос. Нас признали, мы строим независимое государство. Поэтому так вопрос не стоит.

Т. ДЗЯДКО: А может быть так поставлен?

С. БАГАПШ: Я думаю, что это референдум народа должен быть. Я думаю, что в ближайшие годы такого не будет. Другая может быть схема, схема не типа СНГ, а союзного государства, схема, когда границы, таможенные союзы будут между Абхазией, Южной Осетией, Россией, Белоруссией, Казахстаном. В другом виде, возможно, будут собираться эти страны и республики. Но входить одна в другую, я думаю, что нет.

Т. ДЗЯДКО: Вы говорите, что вас признали. Вас признала Российская Федерация, признал Никарагуа. Является ли для вас обидным фактом, что за год других стран, признавших вас, не появилось?

С. БАГАПШ: Нет. Скажу почему. Западную Сахару признало 48 стран, от этого она не стала независимым государством и субъектом международного права. Количество стран не определяет статус государства. Поэтому мы не форсируем этот вопрос, и мы никого не просим, понимая очень хорошо ту ситуацию политическую, которая сложилась после признания Россией, когда есть четкая команда Соединенных Штатов, Евросоюза – не идти ни в коем случае на признание Абхазии, не идти с инвестициями в Абхазию. Мы к этому относимся очень спокойно.

Для экономического развития нам сегодня достаточно работы с российским государством, с Краснодарским краем, с регионами России. У нас выгодное геополитическое положение. И мы понимаем, что не сегодня, так завтра все равно этот вопрос будет решен. Есть реалии, от которых не уйдет никто. Европейские страны, ну да, еще они помучают нас, еще будут держать, какое-то время выдерживать, но дальше – конечно, будет признание, поэтапно. Если бы мы хотели, я бы мог сделать, чтобы порядка 10-15 стран нас уже признали. Но я не хочу, чтобы нас признавала, скажем, Папуа – Новая Гвинея, Зимбабве, еще какие-то страны экзотические. Нам это просто не нужно. Мы ведем серьезные переговоры с серьезными государствами.

Вы, наверное, знаете, на днях буквально приезжала серьезная делегация Ирана, с которой мы будем, видимо, в дальнейшем сотрудничать в экономическом плане. Поскольку у каждой страны есть свои внутренние проблемы, и признание сразу отражается на той ситуации, которая складывается в той или иной страны внутри государства. Поэтому, еще раз говорю, мы даже не вели разговор о том, чтобы Иран признал Абхазию. Но вести контакт, налаживать экономические отношения, человеческие отношения, культурные связи – мы на это пойдем.

Т. ДЗЯДКО: Белоруссия, которая, казалось, была уже готова осуществить признание независимости Абхазии и Осетии. Но потом почему-то этого не произошло, сейчас как-то буксует.

С. БАГАПШ: Еще раз к тому, о чем я сказал. В каждой республике, в каждом государстве есть свои проблемы. Конечно, на Белоруссию оказывается серьезнейшее давление со стороны Евросоюза. Это говорят открытым текстом, не стесняясь абсолютно. Цинизм на уровне… трудно даже объяснить на каком. Когда говорят: если ты признаешь Абхазию и Южную Осетию, то обороты у нас с тобой 40 млрд. евро, и у тебя будут проблемы. Вот мы живем в таком непредсказуемом, жестоком мире. И поэтому когда мы встречались с Александром Григорьевичем, я сказал: «Александр Григорьевич, мы не форсируем этот вопрос. У вас свои проблемы. Мы это понимаем». Поэтому я думаю, что решится этот вопрос. Но когда? Это решать руководству и парламенту Белоруссии.

Т. ДЗЯДКО: А вы хотели, чтобы Абхазия, как независимое государство, участвовала в каких-то международных организациях, вроде СНГ, может быть, то же союзное государство России и Белоруссии?

С. БАГАПШ: Я думаю, что после признания Белоруссией такой вариант я не исключаю. Мы хотели бы и будем участвовать в союзном государстве.

Т. ДЗЯДКО: Хорошо. Давайте перейдем еще к одной теме. Это тема Грузии, которая периодически выступает с какими-то предложениями к Абхазии. Существует хоть какая-то вероятность того, что при том или ином варианте Абхазия вернется в состав Грузии?

С. БАГАПШ: Это полностью исключенный вариант. Раз и навсегда. Не будет никогда больше Абхазия в составе Грузии. Мы люди цивилизованные, мы готовы с любой страной выстраивать нормальные, человеческие отношения, добрососедские отношения, вечно враждовать и воевать невозможно. Поэтому всё зависит от Грузии: изменит она свое отношение к Абхазии, поймет, что возврата к старому больше нет и не будет, – отношения будут налаживаться. Если нет, то у нас достаточно будет возможностей самим себя защищать в этом плане, с помощью наших друзей – то, что мы сегодня и делаем. Поэтому вопрос о том, что Абхазия когда-либо войдет в состав Грузии, это исключенный вариант.

Т. ДЗЯДКО: Я вчера был в Гальском районе, видел границу Абхазии и Грузии, видел, как там всё непросто происходит. Насколько в ближайшее время (или не в ближайшее время, в перспективе) может быть так или иначе ослаблен режим пропуска людей из Абхазии в Грузию и в обратном направлении?

С. БАГАПШ: После того, как начнут работать наши пограничники совместно с российскими – сейчас все-таки идет становление, идет обустройство, определение, – конечно, мы будем создавать два пункта пропуска: один – по Ингурскому мосту, и второй – в нижней зоне, для того чтобы облегчить движение людей. Всё зависит, повторяю, от Грузии. Если мы будем опять иметь со стороны Грузии провокации, террористические акты, воровство людей и так далее, мы будем границу закрывать на замок. Если ситуация будет налаживаться, то это нормальные, цивилизованные отношения между государствами, когда люди ходят друг к другу. Есть родственники на той стороне, на этой стороне. Естественно, всё под нашим будет контролем.

Т. ДЗЯДКО: Это будут визы?

С. БАГАПШ: Это будут пропуска. Пока это будут пропуска.

Т. ДЗЯДКО: Которые смогут получить только те, у кого родственники?

С. БАГАПШ: Тот, у кого родственники, тот, кто болеет, хочет проехать, им ближе проехать в Зугдиди. Мы и сейчас на это идем в исключительных случаях. Сванетия – это даже в той ситуации, когда там находились войска Госсовета, что-то случалось, даже с военными грузинскими – жизнь есть жизнь, люди есть люди, – и мы их привозили, лечили, опять отправляли в Зугдиди. Это нормальные отношения. Поэтому всё это нужно отлаживать строго в законном порядке, что мы и будем делать.

Т. ДЗЯДКО: Например, жители Тбилиси нынешние, которые в свое время были жителями Сухуми, которые говорят, что они, как и десятки тысяч грузинских беженцев, не могут вернуться в Абхазию. Есть какое-то решение?

С. БАГАПШ: Нет, такого решения нет, и в ближайшее время его не будет. Можно понять этих людей. Я их понимаю. Но нужно спрашивать с тех, кто начал эту войну. Им нужно спросить со своих руководителей – с Шеварднадзе, Саакашвили и всех остальных – за то, что произошло. И мы, как ни одна другая страна… Абхазия после такой войны вернула порядка 55 тысяч беженцев, жителей Гальского района. Для примера я вас скажу, что в Косово вернулось 5 тысяч сербов всего, остальных не пускают туда. Мы же пошли на этот вариант. Пошли, чтобы показать, что мы люди цивилизованные. После освобождения Кодорского ущелья – вы знаете, что мы его освободили практически без боя…

Т. ДЗЯДКО: Вы имеете в виду события августа.

С. БАГАПШ: Да, августовские события. Мы не трогали дома, мы их не сожгли. И люди потихонечку возвращаются. Уже 150-160 человек вернулись. То же самое подтверждение того, что у нас нет намерений что-то, кого-то уничтожать. У нас намерение одно – чтобы уважали наши законы и нашу республику. Другого нет. А люди, которые воевали против Абхазии, против нас, их возвращение сюда, конечно, проблематично. Вы себе представьте, сегодня вернутся и начнут рядом жить те, которые здесь жили, а у абхазов по три, по четыре человека погибли… Есть вещи, просто несовместимые. Это невозможно сделать. И потом, нужно выполнять те решения, которые были приняты в свое время. Это базовое московское соглашение 1994 года, в котором все эти пункты оговорены. Кстати, Саакашвили после признания вышел из этого соглашения. Поэтому проблемы, наверное, все-таки нужно решать в Грузии.

У нас было предложение… Люди есть люди, война есть война. Да, это трагедия. Но решать нужно по-другому. Я предлагал западным странам – не вооружать постоянно Грузию и тратить огромные деньги, а эти деньги сконцентрировать в фонде и помочь людям, которые там находятся, так называемые беженцы из Абхазии, адаптироваться им в Грузии, в социальную среду в Грузии ввести, решить их вопросы – личные, финансовые. Вот это будет правильный подход. Происходит наоборот: опять вооружают Грузию, опять лозунги – мы такие, мы еще покажем. Вот сейчас программа на 30 лет возвращения Абхазии, потом на 40 лет… Бредовые идеи, они хороши для тех, кому нравится это слушать. О людях меньше всего там думают.

Т. ДЗЯДКО: Т.е. вопросы невозвращения грузинских беженцев сюда, например в Сухуми, вы объясняете тем, что жить бок о бок абхазцы и грузины не смогут.

С. БАГАПШ: Не смогут. Это реалии.

Т. ДЗЯДКО: Возвращаясь к пограничной зоне. Вы говорите о террористических актах, различных инцидентах. Как раз вчера проходила пятисторонняя встреча с участием Грузии, Абхазии и России ООН и ЕС. Насколько вам такой формат кажется конструктивным и перспективным?

С. БАГАПШ: Покажет будущее. В свое время он срабатывал. Он срабатывал в конце 90-х годов – начале 2000-х годов. Он срабатывал. И была такая работа, особенно в вопросах безопасности, информирования друг друга обо всем, что происходило на приграничной зоне. Насколько он сейчас будет срабатывать, посмотрим. Трудно по первой встрече делать вывод. Первая встреча была чисто ознакомительная. Ведь это продолжение женевского процесса и выполнение соглашения Саркози – Медведева. Поэтому мы-то не участвовали бы в этом, если бы не подпись Российской Федерации, президента РФ. Мы четко дали команду, что с Грузией, с нынешними властями Грузии вообще никаких переговоров не вести.

Т. ДЗЯДКО: Женевский процесс сам по себе идет не очень успешно.

С. БАГАПШ: Конечно. Почему? Потому что там опять проявляется то, что проявлялось раньше: вот вы – это Грузия, участвуйте в этом процессе, потому что мы вам разрешаем Разговаривать так с нами мы не позволим. Вы знаете, что миссия ООН уходит из Абхазии. По одной простой причине – мы ведь не договорились о названиях, которые эта миссия несет здесь. Эта миссия ООН в Грузии. Мы им объяснили, что мы не в Грузии, мы признанное государство. Поэтому или меняйте свое название, весь формат, или решайте как-то свои вопросы.

И второе – в документах, которые готовит Совет безопасности ООН и генеральный секретарь, там постоянно идет ссылка на то, что «Абхазия, Грузия» или «Абхазия де-факто». Для нас это неприемлемо. Естественно, мы этот вопрос попросили заветировать в Россию. Что и произошло. Ведь если название миссии важнее для ООН, чем та роль, которую они выполняют в Абхазии, то они приняли сами для себя решение внутреннее.

Т. ДЗЯДКО: А для вас что важнее?

С. БАГАПШ: Конечно, для нас важнее, чтобы миссия была здесь. Это миссия ООН, они давно здесь работают. Работали, наблюдали, были военные наблюдатели. Мы были за то, чтобы они оставались. Но с нашими предложениями, с изменениями – то, о чем я говорил.

Т. ДЗЯДКО: Т.е. получается, что на сегодняшний день ни одной международной организации в Абхазии не остается.

С. БАГАПШ: Нет. Кроме гуманитарных.

Т. ДЗЯДКО: И это притом, что, например, Евросоюз предлагает услуги своих полицейских.

С. БАГАПШ: Мы сказали, что не разрешим. У нас нет такой необходимости. А что они будут здесь делать?

Т. ДЗЯДКО: Например, работать в том же самом Гальском районе.

С. БАГАПШ: В Гальском районе у нас работает наша милиция, наши военные, наши пограничники, пограничники РФ. Как они будут работать? Они будут наблюдать. Зачем они будут наблюдать? Всегда миссии и полицейские, силовые структуры должны работать в том районе и регионе, откуда есть угроза войны. Мы на Грузию не нападали ни разу, всё время была агрессия со стороны Грузии. Вот пускай и смотрят, что там происходит.

Т. ДЗЯДКО: Грузия нередко заявляет о том, что на границах Абхазии и Грузии со стороны Абхазии концентрируются российские войска, происходят какие-то перемещения.

С. БАГАПШ: Глупости. Я с большим уважением отношусь к журналистам, но есть вещи… Грузия будет это заявлять. Она постоянно заявляла. Но ведь жизнь показывает, кто был прав. Когда я заявлял в апреле прошлого года, в начале апреля, что Грузия готовит агрессию против Абхазии и Южной Осетии (кстати, есть документальные кадры той пресс-конференции, как и откуда должна была начаться агрессия в Абхазии), тут друзья генерального секретаря говорят: да вы что, мы никогда не позволим, Грузия такая демократическая страна, это лидер демократов на Южном Кавказе. Августовские события показали, что я был прав. Но почему Абхазия не пала жертвой? Потому что мы сумели укрепиться сразу. Для чего мы должны сегодня накапливать войска на границе с Грузией? Мы, наоборот, отвели свои войска уже оттуда (неразборчиво), мы их вглубь привели, потому что там встанут сейчас пограничники, наши и россияне. Всё. Потом как можно делать передислокацию войск, и это скрыть? Да это невозможно сделать. Глупости. Это просто идет нагнетание обстановки и ситуации со стороны Грузии. Они научились очень много врать, постоянно обманывать, они мастера.

Т. ДЗЯДКО: Все-таки возвращаясь к женевскому формату, к женевским консультациям. В ваших словах огромное количество претензий к этим дискуссиям. Зачем же вы в них остаетесь?

С. БАГАПШ: У меня нет претензий. Я хочу посмотреть, что из этого получится. Вести переговорный процесс, поддерживать его просто необходимо сегодня, я в этом твердо убежден. Любой переговорный процесс должен нести какую-то нагрузку – или смысловую, или практическую. Мы посмотрим, что из этого получится. Еще раз повторяю, что если с нами будут говорить на этих пятисторонних встречах как с субъектом Грузии, конечно, мы не будем участвовать.

Т. ДЗЯДКО: Я говорю про те консультации, которые в Женеве. Прошло уже шесть раундов.

С. БАГАПШ: Пока реальных результатов нет. И не могут быть. Еще раз говорю, что изначально формат привел к тому, что там реальных результатов не было. Потому что Абхазия и Южная Осетия были там представлены как присутствующие государства. Не как участники. Потому что так не захотела Грузия. Наши сказали: «Извините, мы в этим игры не играем». Ушли. Потом нашли другой формат немножко. Это нужно Евросоюзу, чтобы поддерживать ту ситуацию, которая сегодня есть. Мы считаем, что можно ее поддерживать. Перевели ее сейчас здесь, пятисторонняя встреча, в Гали которая была вчера. Поэтому посмотрим, что из этого получится. Мы же не против переговорного процесса. Мы не против контактов. Мы не против решения каких-то сложных вопросов безопасности, какие-то возникают на границе вопросы, межгосударственные отношения. Мы эксплуатируем одни станции – электроэнергия, железо… Там много вопросов, которые можно чисто по-человечески правильно решать – еще раз говорю, – если на это будет желание Грузии. Мы готовы к этому процессу.

Т. ДЗЯДКО: Вы готовы выйти на двусторонние переговоры?

С. БАГАПШ: Пока нет. Я еще раз повторяю, что с этой властью, с нынешним руководством Грузии мы не будем вести никаких переговоров. У них руки запачканы в крови – и нашей, и южноосетинской. Это не те люди, с которыми можно вести вообще какие бы то ни было переговоры.

Т. ДЗЯДКО: Хорошо. Давайте поговорим о том, что будет через несколько месяцев в Абхазии. Насколько я понимаю, в январе состоятся выборы.

С. БАГАПШ: 12 декабря.

Т. ДЗЯДКО: Насколько теперь, учитывая, что кандидаты, весьма вероятно, будут те же, что и пять лет назад, существует ли угроза того, что будет гражданское противостояние?

С. БАГАПШ: Я не думаю. Во всяком случае, со стороны нас… Мы знаем свои возможности, мы знаем, что мы сделали за пять лет, мы знаем, каково настроение людей, с ними встречаемся. У нас нет этой проблемы, я имею в виду власть. Я буду баллотироваться, видимо. Поэтому если у кого-то есть желание что-то здесь делать, то мы просто этого не разрешим здесь делать.

Т. ДЗЯДКО: Вы чувствуете поддержку РФ, например?

С. БАГАПШ: Я все эти пять лет работал с РФ, с руководством. Конечно, отношение сегодня не только ко мне – к республике и к руководству, оно нормальное, позитивное. Рабочие, хорошие, человеческие отношения. Спрашивали очень многие, в чем нужна помощь, в чем нужна поддержка. Я говорю: «Никакой помощи не нужно, никакой поддержки не нужно». Мы постараемся эти выборы провести спокойно, цивилизованно. Все должны понять одну вещь – выборы заканчиваются, и после любых выборов – мы к этому должны стремиться – народ должен быть единым. Уважать мнение большинства. Всё. Для этого есть все возможности: есть время выборов, есть конституция, есть закон о выборах, и нужно его не нарушать.

Т. ДЗЯДКО: А в Гальском районе, в Кодорском ущелье, где проживает грузинское население, также будут принимать участие в голосовании?

С. БАГАПШ: Конечно. Они же граждане Абхазии, они живут в Абхазии. Если жители Гальского района принимали участие в референдуме, который проходил, если они принимали участие в выборах президента, если они принимали участие в выборах депутатов Народного собрания Абхазии, в прошлых президентских выборах принимали участие… А как быть сейчас? Не разрешать? Наверное, это глупость. Если это наши граждане, они должны принимать участие в жизни нашего государства. У кого-то есть паспорта, кому-то успели обменять, кому-то нет. Кому не успели обменять, будут голосовать по форме 9, есть общепринятая норма.

Т. ДЗЯДКО: Есть еще один вопрос, который также был на сайте «Эхо Москвы», он касается бывших жителей абхазских городов, которые сейчас проживают на территории Грузии. Этот вопрос касается недвижимости, которая, как утверждает многие, продается и покупается, а бывшие владельцы остаются ни с чем. Понятно, что они не здесь, но они лишаются своего имущества.

С. БАГАПШ: Есть закон Абхазии. 15 лет нет человека на месте – значит, государство и местная власть имеют право их взять на баланс, реализовывать и так далее. Было такое стихийное направление. Села были сожжены, было много уничтожено, негде было жить, и люди вошли в эти дома – куда-то им деваться нужно было. Это непростой вопрос. Сложный вопрос. Это касается не только грузин. Это касается русских, это касается греков, которые выехали 15 лет назад, когда война началась. Мы говорили: «Не надо выезжать. Правительство Абхазии против того, чтобы греческое правительство забрало всех греков отсюда». Они подогнали корабли, увезли. Потом будут проблемы. Пока была сложная ситуация в Абхазии – ни мира, ни войны, не было признания, – особо никто не стремился в Абхазию, не было никаких заявок. Как только государство признано, ситуация стабилизировалась – и вдруг все появились, дайте нашу недвижимость. Извините, где вы были 15 лет? Поэтому здесь всё будет только в соответствии с законом, и по любому спорному вопросу, конечно, через решение суда, если мы хотим в будущем строить правовое государство.

Т. ДЗЯДКО: На чем строится государство Абхазия? На чем оно стоит экономически, материально, кроме помощи из России?

С. БАГАПШ: Я вам скажу, что мы начинали наш бюджет, когда пришли и выиграли выборы, в пятом году бюджет республики был всего 400 млн. рублей. Это хороший магазин в Москве торгует в течение двух недель в бойком месте. Мы его подняли, планируем на десятый год уже 2 млрд. Почти в пять раз. За счет чего? Первое – конечно, это налоги. Второе – это таможня. Третье – это производство, которое мы открываем. Четвертое – это малый и средний бизнес, мы дали людям возможность открыть торговые точки, торговые объекты, мини-гостиницы. Несмотря на то, что нам было очень сложно, мы в Гаграх, в пицундской зоне, в Сухуми, в Гудауте освободили от налогов тех, кто занимался приемом отдыхающих, частный сектор. Мы налоги не брали, и люди немножко заработали денег, неплохо заработали. И, конечно, это курортная сфера. Потому что только в 2007 году Абхазия приняла около миллиона туристов и отдыхающих.

Т. ДЗЯДКО: А сколько вы ждете в этом году?

С. БАГАПШ: Я думаю, тоже под эту цифру. 700-800 тысяч мы ждем.

Т. ДЗЯДКО: Это в основном из России?

С. БАГАПШ: Да, это в основном из России, конечно. Немножко Белоруссия, кто-то из Украины заезжает, некоторые страны СНГ, но небольшое количество. В основном это россияне. Все, кто знают Абхазию, раньше отдыхали, родители отдыхали. Бренд остался – Пицунда, Гагра... Поэтому здесь ведь не только гостиничный комплекс работает, курортная сфера Пицунды или гагринские дома отдыха. Здесь целый шлейф. Потому что курортная сфера для нас как локомотив. Ее развитие тянет за собой развитие аграрного сектора, потому что людей нужно кормить. И мы сегодня стимулируем эти вещи, из фонда приватизации отдаем сто, двести, триста, миллион рублей тем, кто занимается производством овощей, производством молока, занимается животноводством, для того чтобы они обеспечили. Пока мы еще очень много завозим, у нас очень много импорта, он превалирует над экспортом. Это плохой экономический показатель. Поэтому основа для нас – это поднятие внутреннего производства.

Т. ДЗЯДКО: А насколько велика финансовая помощь, которая оказывается правительством России?

С. БАГАПШ: Если говорить о бюджете, наш бюджет 1 млрд. 700 тысяч, это 200 млн. в бюджетной сфере. Но есть еще помощь, которая оказывается России. Это восстановление того, что у нас есть. Это памятники архитектуры, Новоафонский комплекс, вторая русская школа, которую Россия помогла сделать, великолепная. Посмотрите. Наши строители хорошо сделали. Это дороги, которые мы делаем. И наше участие, и российское там значительное, потому что отдыхающие должны ездить по хорошим дорогам. Если дороги не годятся, турфирмы могут запретить въезжать в страну, где не годятся дороги. Это безопасность людей. Поэтому там большой комплекс вопросов, в которых Россия сегодня помогает в восстановлении нашего хозяйства.

Но в будущем – мы уже проговаривали и с министром финансов России, и с Министерством экономического развития – мы будем уходить от прямой помощи на совместные проекты. Т.е. проект железной дороги, проект энергетики, проект морского сообщения, аэропорт, экспорт грузов через Абхазию. Это всё серьезные инвестиции. Это разработка залежей углеводородного сырья в шельфе Черного моря. Это серьезные, большие проекты, экономические проекты.

Т. ДЗЯДКО: Условно говоря, не останется ли Абхазия ни с чем, если в какой-то момент, по смене политического курса, та поддержка, которую Россия сейчас оказывает, исчезнет?

С. БАГАПШ: Я думаю, не останется. Потому что у нас достаточно возможностей. Мы маленькая республика, но республика, которая очень насыщена всем, что необходимо для развития экономики. Второе – понимая возможность этого, конечно, нужно развивать производство внутри республики. Мы должны уметь сами себя обеспечивать и зарабатывать на заработную плату внутри республики, что мы сегодня и делаем успешно.

Т. ДЗЯДКО: Насколько серьезные средства выделяются Абхазии на финансирование армии?

С. БАГАПШ: Это от бюджета 6% было.

Т. ДЗЯДКО: И численность?

С. БАГАПШ: Численность 3200 была, сейчас дойдет до 2100-2200.

Т. ДЗЯДКО: А российских военнослужащих сколько здесь находится?

С. БАГАПШ: 1800 человек.

Т. ДЗЯДКО: А сколько такая ситуация будет продолжаться, что здесь российские базы, российские пограничники. Есть какие-то временнЫе рамки?

С. БАГАПШ: Пока нет. Пока будет ситуация напряженная, она будет сохраняться. Стабилизируется обстановка, подпишутся соглашения с Грузией, нормально поведет себя эта страна, признают они Абхазию – значит, мы будем эти вопросы потихонечку снимать.

Т. ДЗЯДКО: А в ближайшее время, если вернуться к возможности двусторонних контактов (может быть, через посредничество), насколько возможен ваш выход с предложением Грузии о подписании договора о ненападении?

С. БАГАПШ: Я думаю, что пока это нереально. Такой документ готовился и прорабатывался на протяжении последних трех лет. Мы готовим документы, встречаемся... Все отношения с Грузией были прерваны в 2006 году, когда Грузия ввела войска в Кодорское ущелье. Спрашивается: для чего вести переговоры, подписывать соглашения, если потом их нарушать? Поэтому мы полностью прекратили с ними всякие отношения. Ни о каких договорах… У меня даже не было ни одного телефонного звонка с руководством Грузии. Ни одного телефонного разговора. Потому что там невозможно разговаривать. Разговаривать можно с вменяемыми людьми, которым что-то можно объяснить, которые что-то могут понять и готовы смотреть документы – о невозобновлении военных действий и так называемый договор о мире.

Мы предлагали Грузии, и Россия предлагала подписать такой документ. Грузия всячески затягивала этот вопрос. Затем приехал г-н Аласания, сказал, что «в принципе, мы готовы». Я ему объяснил – пожалуйста, вы выводите войска из Кодорского ущелья, мы садимся и начинаем подписывать это соглашение. Есть две недели. Пожалуйста, определяйтесь. И давайте готовить соглашение. Но только после вывода из Кодорского ущелья всех войск. Естественно, Грузия на это не согласилась, и документ завис. Сегодня подписывать соглашение о мире… Пока Грузия не готова к этому.

Т. ДЗЯДКО: Чем вы это объясняете?

С. БАГАПШ: Я объясняю это высказываниями… И всё, что сегодня происходит в Грузии… Они еще очень долго будут говорить, шуметь, кричать, что это Абхазия, что это аннексия, что территория Абхазии – это Грузия, что Южная Осетия – это Грузия, что это аннексия. Мы отслеживаем грузинскую прессу. Дмитрий Анатольевич был в Цхинвали. Так там такое поднялось… Незаконный въезд на территорию Грузии и так далее. Т.е. люди живут вчерашним днем, никак не могут понять реалий. Они еще долго их не поймут.

Т. ДЗЯДКО: Много всячески муссируется возможность новой войны в августе, либо с той стороны, либо с другой. Подобная вероятность существует?

С. БАГАПШ: Я думаю, что нет, не существует такой вероятности. А если кому-то очень хочется повоевать… Опять будет то, что было. То, что было у нас в 1992-93 гг. Ведь мы с Грузией, только Абхазия, воевали трижды с 1992 года: и в Гальском районе, и потом когда гелаевская банда вошла в Кодорском ущелье. Никак неймется людям. Августовские события восьмого года вы знаете. Если очень хочется Грузии, то, я думаю, всё это повторится с точностью.

Т. ДЗЯДКО: Благодарю вас. Сергей Багапш, президент республики Абхазия, был в эфире «Эхо Москвы». Спасибо вам.

С. БАГАПШ: Спасибо вам.


© Радиостанция "Эхо Москвы" 

Комментарии / 0 из 0


    Уважаемый, посетитель!
    1. Обязательно укажите свое имя и поставьте галочку в графе "Я не робот".
    2. Публикация комментария может занимать несколько секунд. Пожалуйста, дождитесь подтверждающего сообщения после его отправки.
    3. Зарегистрированные пользователи могут получать уведомления об ответах и новых комментариях.