Интервью с известным певцом и композитором Адыгеи Асланом Тлебзу0

Аслан Тлебзу о «фабрике» самородков и худсовете


Аслан ТлебзуОн ворвался в нашу жизнь в начале XXI века c простенькой песенкой «Черные глаза», которая вызвала бурю эмоций у критиков и полностью завоевала молодежную аудиторию. На следующий день после выхода диска «Музыка народов Кавказа» мелодия неслась из всех радиоприемников. С тех пор его аккордеон собирает полные залы. И в звукозаписывающую студию Аслана Тлебзу очередь расписана намного месяцев вперед. Звездой эстрады хочет стать каждый...


О хите не думали!


- Аслан, легко ли сегодня быть молодым?

- Тяжело тому, кто мечется, не зная, куда силу приложить. Мне было легко! Я из музыкальной семьи - бабушка отлично играла на адыгской гармошке, тетя - выпускница Института искусств при Адыгейском госуниверситете. И меня родители отдали в музыкальную школу по классу аккордеона. Мой первый инструмент - немецкий аккордеон 1939 года выпуска - попал ко мне совершенно случайно. Я с ним потом на всех свадьбах играл. Хотя, справедливости ради, скажу: в детстве особенно музыкой не был увлечен. Играл, что душе угодно, а не то, чего требовали преподаватели. Сачковал с занятий по полной! Но до той поры, пока родители не приперли к стенке: «Что дальше, сынок? Пора определяться!». Я понял, что не отверчусь и последние два года активно наверстывал упущенное. С призванием и планами я определился еще в первые годы учебы в Институте искусств Адыгейского госуниверситета. Хотя тогда профессия музыканта особо не котировалась, не было у них пиара и крутой раскрутки.

- Вы сказали, что первый успех пришел после записи песни «Черные глаза». А как вообще возник ваш тандем с Айдамиром Мугу, тогда еще учеником гимназии №22 г.Майкопа?

- Не поверите, совершенно случайно! Мы с Айдамиром земляки, оба родом из аула Джиджихабль. Более того, соседи. Наши родители росли вместе. Айдамир увлекался пением. А в то время я как гармонист подрабатывал на свадьбах. Зная, что воспримут «на ура», я и подобрал песню. Русский текст написал гармонист Аскарбий Унароков из Шовгеновского района, а мелодическая линия припева - версия народной армянской песни. Эта песня всегда была в репертуаре гармонистов. Поэтому решили: зачем изобретать велосипед, если можно немного ее переделать и с успехом исполнять? Я даже удивился успеху. Продюсер Игорь Матвиенко назвал ее «Ласковый май-2». Песню отдали в сборник, который выходил под Новый год. И когда на каждом квадратном метре «застрадал» голос Мугу, стало понятно: попали в десятку!

- А запеть никогда не хотелось?

- Я всегда трезво взвешиваю свои возможности. Ну, не дано тебе природой - что поделаешь? Не дано! Вот сейчас придет ко мне человек и попросит: «Научи меня играть на аккордеоне!» Не смогу, даже пытаться не буду! Этому надо жизнь посвятить. Сколько таких «певунов» проходит через мою студию - не сосчитать. И каждый стремится в «звезды». Я считаю, что реалити-шоу «Танцы со звездами», «Ледниковый период», «Фабрика звезд», «Минута славы» сыграли двойственную роль в нашем сознании. С одной стороны, пропаганда культуры и спорта, «алло, мы ищем таланты». С другой, многие российские обыватели решили перенести свои кухонные спевки на центральные каналы в полной уверенности, что это интересно и необходимо широкой аудитории.

Обойдемся без «кухарок»!


- А разве нет?

- А разве да? Неужели не видно, что «вкусовые качества» публики стремительно падают? Неужели не видно, что на эстраде, да и вообще в искусстве, и, по большому счету, в стране - катастрофическая нехватка профессионалов? Откуда вдруг такая уверенность, что каждая взятая тобой нота - это гениально? Как реагировать, когда в студию звукозаписи приходит 30-летний гражданин с просьбой не просто песню для родных и близких записать, но потом ее еще и спеть. Ни где-нибудь, а на профессиональной сцене, на...моем концерте. Как это будет? Я объявлю об открытии новой «звезды» и приглашу его исполнить «хит всех времен и народов»... А зачем тогда я столько лет учился музыке, если первый встречный готов занять мое место? Юрист по профессии, с певческим хобби. Почему бы и мне тогда в юристы не податься? Мне всегда была чужда мысль, что «кухарка может управлять государством». Причем, совмещая это занятие с домашними хлопотами. Давайте уж каждый будет заниматься своим делом: одни - руководить, другие - петь, третьи - создавать домашний уют двум первым. Пусть будет «Фабрика звезд». Но куда после победы в ней нужно бежать? Не на гастроли за длинным рублем, а в музыкальное училище, потом - в консерваторию. Во всем мире происходит именно так. А у нас что? Сцена - не новгородское вече! Нужен суровый отбор. Искусство не может держаться на дилетантах.

Ладно, голосишь в пределах республики - у нас, на периферии, зритель добрый, поймет и простит, перетерпит. Но когда такие «голосистые» экспериментаторы начинают путешествия по югу России или всероссийским конкурсам... Ко мне обращались с недоуменными вопросами: «Это и есть ваша республиканская культура?». И что объяснять? Стоишь и молчишь, красный от стыда.

- После многочисленных детских музыкальных конкурсов вывод один: народ ринулся на покорение эстрадных высот...

- А Кавказ всегда славился танцами и песнями... Но у нас и с вокалистами проблемы. Я общался с преподавателями музучилища и Института искусств. Там нет набора вообще. Почему, судить не берусь. Но в районах таланты есть - почему они не продолжают идти по музыкальной стезе, непонятно. В Адыгейске мои преподаватели говорили: «Когда ты вышел с гармошкой на большую сцену, у нас набор увеличился на эстрадно-инструментальное отделение». Но многие после школы отставляют это занятие на второй план. Для них музыка - подработка, халтурка. Не больше!

- И о чем сегодня мечтают юные певцы из народа?

- Вся беда в том, что мечты юных глобальны, но при этом банальны до неприличия. Услышать по радио собственный голос, увидеть себя в ящике телевизора. И чтобы твоя мордашка украшала «глянец»! А то, что исполнительское искусство - это каторжный труд... Такие нюансы ни к чему.

Худсовета хочу!


- И какого зрителя мы получаем в результате такой «халтурки»?

- Неприхотливого. Мы сами опустили уровень слушателя ниже плинтуса. Как исправлять положение? Пока не поздно, на уровне министерства культуры создавать худсоветы. Предположим, я буду работать в эстрадной студии с выпускниками музыкального вуза, создавать каждому из них имидж, записывать репертуар с несколькими хитами, подготавливать их к выходу на сцену. А когда все будет отработано, демонстрировать наши достижения художественному совету - стоит выносить на суд зрителя или нет? Худсовет будет решать будущее артиста. А до тех пор все будут тупо стремиться на сцену, с образованием или без него - шлагбаум-то перекрывать все равно некому. Замечу, такой «снисходительностью» к наличию или отсутствию образования страдает большинство регионов России.

- И зритель это понимает даже тогда, когда его уровень «опущен ниже плинтуса»?

- Наш зритель умеет сопереживать артисту. Это чувствуется сразу. Приведу пример: в позапрошлом году у меня был первый сольный концерт в Нальчике. Из 700 посадочных мест собрали только треть зала, но концерт не отменили. Прием был настолько теплый, такая радушная энергетика шла на сцену, что мне казалось, зал забит полостью. А бывает, полный зал народа, а ты будто в одиночестве. Тут как повезет! Тем более, я взял за правило - во время выступлений я не говорю с публикой, не подогреваю зрителей шутками, не требую аплодисментов. Это сбивает с темпоритма, на который я настроен. Моя задача на сцене - создать настроение, выбросить эмоции в зал. Я не массовик-затейник, я музыкант! Концерт - это не время разговоров, а время чувств!

Карина КАДИЕВА

© АиФ Адыгея 

адыгея


Комментарии / 0 из 0


    Уважаемый, посетитель!
    1. Обязательно укажите свое имя и поставьте галочку в графе "Я не робот".
    2. Публикация комментария может занимать несколько секунд. Пожалуйста, дождитесь подтверждающего сообщения после его отправки.
    3. Зарегистрированные пользователи могут получать уведомления об ответах и новых комментариях.