Внутрироссийское дело Грузии: Почему черкесский вопрос стал особым 0


В конце декабря 2010 года в Черкесске был создан Совет черкесских общественных объединений, объединивший 18 организаций и движений. В конце января совет соберется снова, чтобы выработать единую позицию российских черкесов по вопросам проведения Олимпиады в Сочи в 2014 году и перспективам признания геноцида черкесов Российской империей в ХIХ веке. Почему черкесский вопрос стал особенно актуальным именно сегодня, и как его используют политики в Грузии, пытаясь противодействовать проведению Игр-2014, выясняла ОЛЬГА АЛЛЕНОВА.

Кавказская война, закончившаяся в XIX веке покорением этого региона Россией, всегда была особой темой для черкесов: несколько миллионов представителей этого этноса оказались в изгнании. Но только в 2010 году черкесский вопрос встал особенно остро. В марте на международной конференции в Тбилиси, посвященной черкесскому вопросу, было принято обращение к парламенту Грузии с просьбой признать геноцид черкесского народа Российской империей в XIX веке. Депутаты обещали положительное решение вопроса. Это вызвало резко негативную реакцию в России. Поводом для недовольства стало и то, что черкесские конференции в Тбилиси проводились при помощи американских исследовательских фондов, например "Джеймстаун Фаундейшн" (многие черкесы считают, что фонд помог им в лоббировании черкесского вопроса за рубежом).

На той же конференции прозвучала идея противодействия Олимпиаде на земле, которую черкесы считают исторической родиной. "Красная Поляна — это родина убыхов, этноса, который был истреблен,— говорит участвовавший в конференции председатель Черкесского конгресса Кабардино-Балкарии Руслан Кешев.— Олимпийская деревня строится в местах массовых убийств черкесов. О том, что на этой земле жили черкесы, нет ни малейшего упоминания — напротив, по всему Черноморскому побережью стоят памятники царским генералам Зассу, Лазареву и Ермолову, истреблявшим черкесов". Другой участник конференции, аналитик фонда "Джеймстаун Фаундейшн" Майрбек Вачагаев, считает, что проблемы черкесского народа носят этический характер и ермоловщина является одной из этих проблем. "Ермолов — самый неудачный генерал из всех российских консулов на Кавказе. Пусть назовут хотя бы одну битву, которую он выиграл. А ему ставят памятники",— говорит он.

За две недели до мартовской конференции в Тбилиси Международный черкесский конгресс обратился с письмом к Дмитрию Медведеву с просьбой включить черкесскую идею в символику Олимпиады-2014, подобно тому как в символике Олимпиаде в Ванкувере были отражены идеи коренных народов Канады. Авторы обращения полагали, что это снимет напряжение и позволит провести Олимпиаду спокойно. "У черкесов есть песня "Дорога в Стамбул",— говорит депутат горсобрания Черкесска Иналь Гашоков.— И пусть это будет одним из символов Олимпиады. И все 8 млн человек, которые будут эту Олимпиаду смотреть, поймут, что Россия черкесам не враг". Однако это обращение к президенту прошло незамеченным. Гораздо больше шума наделали инициативы, предложенные на тбилисской конференции. "Создается ощущение, что Россию задевает не собственно наличие черкесской проблемы, а то, что ею занимается Грузия,— заявил "Ъ" директор грузинского Центра стратегических и международных исследований Александр Рондели.— Грузии нужен мирный Кавказ. Поэтому мы даем соседям площадку для дискуссий, которые в России невозможны".

Разумеется, в тбилисских инициативах присутствовал и фактор мести. После войны в Южной Осетии власти Грузии приняли решение создать "Первый кавказский канал", резко оппозиционный политике российских властей на Кавказе. Очень скоро черкесская тема стала на нем одной из главных, здесь снимали фильмы о событиях Кавказской войны XIX века.

Эти инициативы упали на готовую к протестам почву. В 2008 году в Карачаево-Черкесии, где черкесы много лет недовольны тем, что у власти бессменно находятся карачаевские лидеры, состоялся съезд черкесского народа, на котором прозвучало требование поставить перед властями вопрос о признании геноцида черкесов и создании условий для возвращения на родину репатриантов. Звучали и требования о создании Черкесской республики. "Через несколько дней после съезда нам позвонили сверху и попросили нашу резолюцию изменить,— рассказывает Иналь Гашоков.— Нам сказали: не раскачивайте Кавказ. И пообещали изучить нашу проблему. Мы к тому времени и сами пожалели, что позвали на этот съезд радикальных активистов из КБР и Адыгеи. И мы смягчили резолюцию. Но за полтора года никто к нам из федерального центра не приехал".

Пока Кремль делал вид, что черкесской проблемы не существует, в КЧР начались межнациональные драки — в каждой принимало участие до 300 человек. В марте 2010 года был убит черкесский активист, лидер молодежного крыла "Адыгэ Хасэ" Аслан Жуков, а 12 мая — советник президента КЧР Фраль Шебзухов, считавшийся кандидатом в премьеры. На экстренно созванном в связи с этим Черкесском конгрессе впервые официально прозвучало требование создать черкесскую автономию в составе РФ. Для Москвы это прозвучало как гром среди ясного неба. "Этот вопрос не встал бы, если бы российские черкесы имели права, положенные по Конституции,— считает Руслан Кешев.— Но наш народ разделен, мы не можем сохранить культуру и учиться на черкесском языке, и наши дети вынуждены изучать историю, написанную в ущерб нашему народу". Черкесские активисты подчеркивают, что есть и политические проблемы. В республиках, где проживают черкесы, они вовлечены в межнациональное противостояние: в КЧР это проблема постоянного представительства во власти карачаевского народа, в КБР, где ситуация отражена зеркально,— недовольство балкарцев распределением портфелей, в Адыгее же — конфликты адыгейцев и русского большинства. "Нас все время держат в состоянии ожесточенной борьбы за выживание",— говорит Руслан Кешев.

Перспективы решения черкесского вопроса в России пока не ясны. "Если Грузия будет и дальше развивать черкесскую тему, России придется либо браться за эту проблему всерьез, либо получить на Кавказе новую серьезную проблему,— считает Иналь Гашоков.— Черкесская тема для Грузии стала находкой". В ноябре 2010 года в Тбилиси состоялась вторая конференция, посвященная Кавказу, в частности черкесам. По словам Руслана Кешева, российские спецслужбы крайне обеспокоены активностью Тбилиси в этом вопросе и обыскивают российских черкесов, изымая все электронные носители и литературу, которые они привозят из Грузии в Нальчик.

Именно активность Тбилиси помогла черкесскому движению сформулировать свои требования. В декабре 2010 года представители черкесских молодежных организаций были приглашены на встречу с Владиславом Сурковым. "Было решено, что пройдут малые форумы черкесской молодежи в Адыгее, КБР и КЧР,— рассказал "Ъ" активист Лиги молодежи КЧР Зураб Казаноков.— На форумах люди выскажут свои пожелания к проведению Олимпиады и обсудят наболевшие проблемы". "У нас появилась надежда, что наши предложения по Олимпиаде будут услышаны,— говорит представитель молодежного крыла "Адыгэ Хасэ" Рустам Лахов.— Мы не можем быть против Олимпиады. Просто надо сказать, что на этом месте жили черкесы". Кроме обещаний активисты получили от господина Суркова и задание — снять фильм о Кавказской войне.

Многие российские черкесы убеждены, что поднимать вопрос о геноциде черкесов в современной России бессмысленно. "Такая постановка вопроса будет только раздражать Кремль,— считает Иналь Гашоков,— и для черкесов это не будет конструктивной позицией. Но речь может идти о депортации и необходимости репатриации". Он напомнил, что в 2010 году президент подписал новую редакцию закона "О соотечественниках за рубежом", под действие которого теоретически подпадает и черкесская диаспора. "Страна должна открыть шлагбаум,— согласен Руслан Кешев.— Нельзя проводить Олимпиаду на этой земле, когда коренной народ стоит за морем и ему отказывают в возможности вернуться". Решать этот вопрос, считают черкесы, надо как можно быстрее.
 
Руководитель Национально-культурной автономии адыгов, бывший секретарь совета Международной черкесской ассоциации, житель Карачаево-Черкесии АЛЕКСАНДР ОХТОВ рассказал ОЛЬГЕ АЛЛЕНОВОЙ, как российские черкесы относятся к Олимпиаде в Сочи.
— Черкесский вопрос может стать причиной срыва Олимпиады 2014 года в Сочи?

— Сорвать можно все, если ничего не делать для того, чтобы не сорвали. 5 декабря 2010 года закончился прием заявок на конкурс по талисману Олимпиады-2014. И как раз 5-го числа мы отправили заявку одного молодого черкеса. Он предложил всадника на белом коне, в белой черкеске, с факелом. С пятью кольцами на башлыке. Без кинжала. Без оружия. И приложил описание, что это означает. Всадник с факелом — это герой Нартского эпоса, который вернул людям огонь. Он несет этот огонь, он без оружия, что символизирует мир. А без оружия у адыгов ходили только одной категории воины — те, которые воспевали исторические события. Воспевали героизм. Они ходили всегда на поле боя — и без оружия. Их оружием был язык, песня. И вот такой талисман предлагает сегодня молодой черкес. Разве это плохо для символа Олимпиады?

Адыги вовсе не против проведения Олимпиады в Сочи. Адыгам нужно участие в Олимпиаде. Адыги за то, чтобы было показано, кто жил на этой земле и какое у нее героическое прошлое. Ведь никто не заберет эту землю. Лишь психологически, морально нужно успокоить народ и сказать: да, мы помним, что вы здесь жили. И не обманывать приезжих туристов и говорить, что эта земля была греческая, русская или армянская. Посмотрите, сколько олимпийского золота приносят России кавказцы, в том числе адыги. Они только украсят эту Олимпиаду. Почему бы не найти общий язык с адыгами? И они с большим удовольствием сделают больше, чем кто-либо, для проведения этой Олимпиады.

— А что вы скажете по поводу обращений черкесских организаций в парламент Грузии с просьбой признать геноцид черкесов Россией в ХIХ веке?

— Признавать геноцид или не признавать — для меня и большинства российских черкесов проблема не в этом. Проблема заключается в том, что сегодня недостаточно внимания уделяется этому этносу в России. Черкесы, как история показывает, принесли огромную пользу России, и мы могли бы еще принести, если бы у нас был диалог с Москвой. Просто это сегодня не от нас зависит, а от Москвы. Мне бы хотелось, чтобы Россия больше уделяла внимания аспекту образования, культуры черкесов. Я бы хотел, чтобы президент страны приехал по адыгскому, черкесскому вопросу на какой-нибудь конгресс Международной черкесской ассоциации. И не только к черкесам — ко всем народам, населяющим Россию, нужно приезжать и разговаривать с ними. Я думаю, что сегодня надо принимать какую-то политику в отношении черкесов, как и в отношении каждого народа РФ. Именно открытую политику. Нам не нравится, что наш народ разделен. Мы как народ теряем тысячелетнюю культуру. Исчезает язык. А в языке — большая мудрость народа. В языке — культура народа. И исчезают понемногу традиции.

— Почему вы считаете, что черкесский язык исчезает?

— Исчезает. Сегодня мои дети не знают тот набор слов, которым я пользуюсь.

— Почему?

— Потому что в школе не изучают.

— А мне говорили, что в школе преподают черкесский.

— Один час в неделю. Это для галочки. Вот как вы представляете себе, сколько в КЧР дается телеэфира на адыгском языке? Всего час в неделю. Это 6 минут в день на национальном языке. Но еще хуже то, что мы не можем смотреть телевидение Кабардино-Балкарии, которое вещает на черкесском языке.

— Почему?

— Потому что не доходит этот сигнал до нас. Не пускают. У черкесов не то что своей территориальной единицы нет, у нас единого эфирного пространства нет внутри России. Мы не можем смотреть телевидение Адыгеи. Мы не можем следить за культурной жизнью своего народа. А это нарушение прав народа. Прав меньшинств, которые проживают в РФ. Россия должна обеспечить возможность всем народам развивать свою культуру. Всего 10 тыс. шапсугов осталось от этого народа на побережье Черного моря. Представляете, какая это цифра по сравнению с тем, сколько людей живет на побережье? И как они должны выжить? Как должен выжить их язык? Мы разбросаны в шести субъектах РФ. Это Северная Осетия, КБР, Ставропольский край, КЧР, Адыгея и Краснодарский край. Это нормально, когда народ разбросан таким образом, чтобы он растворялся?
 
Эксперт Черкесского культурного института в Нью-Джерси, российский эмигрант АЛИ БЕРЗЕГ рассказал ОЛЬГЕ АЛЛЕНОВОЙ, почему мир должен признать геноцид черкесского народа Россией в XIX веке и чем черкесам мешает Олимпиада в Сочи.

— Почему черкесские организации против Олимпиады в Сочи?

— Как можно допустить Олимпиаду там, где было уничтожено все живое? Там, где был геноцид?

— Во всем мире когда-то были войны.

— Черкесы живы. Наш народ не умер, несмотря ни на что. Пока у нас есть силы, мы будем протестовать против этой Олимпиады. Черкесы обратились ко всему миру: проведите расследование, дайте нам заключение, возможно ли проводить на этой земле Олимпиаду. Я черкес, у которого нет родины. Я уехал из России в 2007 году, потому что защищать свой народ и его интересы в России было невозможно. Я уехал, чтобы продолжать это делать за границей.

— А если бы Россия признала геноцид черкесов?

— Я считаю, проведение Олимпиады в Сочи невозможно, даже если будет признан геноцид черкесов. У нас народ все еще жив — вопреки всему. Они живы и осознают себя черкесами по всему миру, хотя официальная российская пропаганда гласит, что черкесская диаспора в мире ассимилирована. В Турции, на Ближнем Востоке, в США черкесы — это не турки, не персы и не арабы, это черкесы. И они способны на сопротивление. Пока с ними не начнут диалог, они будут настроены негативно по отношению к российской политике. А диалога пока не предвидится.

— Почему?

— Предрассудки. Нас не воспринимают всерьез. О чем мы говорим, если в России у нас нет возможности получать образование на черкесском языке?

— Как же, в школах есть часы черкесского языка.

— У нас нет ни одной одиннадцатилетки на родном языке в России. В начальной школе часы есть, а потом начинают трамбовать сознание на русском языке.

— За границей у вас есть возможность учиться на родном языке?

— За границей мы не у себя дома, а в гостях. Но это лучше, чем жить в современной России. Жить в гостях и помнить свою историю — это одно, а жить дома, где политкорректность выражена памятниками Зассу, Лазареву и Ермолову и где у тебя нет возможности смотреть телевизор на родном языке,— это другое.

— Объясните, почему черкесские организации обратились в грузинский парламент с просьбой признать геноцид черкесов Россией в XIX веке? Вам не кажется, что до тех пор, пока российские черкесы молчат, в самой России такие инициативы воспринимаются как некие забугорные игры?

— У черкесов уже были такие обращения к российским властям. В середине 90-х парламенты Адыгеи и КБР обратились в Государственную думу с просьбой признать факт осуществления геноцида над черкесами со стороны российского государства. Эти обращения были опубликованы в газетах. Ответа на них не последовало. Но тогда это действительно было мнение черкесов, которые проживают на территории РФ. Тогда еще существовали демократические институты, была выборность, и депутаты, которые обратились в Госдуму, были всенародно избраны. А сейчас демократического процесса нет. Люди в России всего боятся. Начнешь требовать признания геноцида — тебя объявят террористом-экстремистом. Если помните, весной 2010 года в Черкесске убили активиста "Адыгэ Хасэ" Аслана Жукова, до сих пор это преступление не раскрыто. Я могу с уверенностью сказать, что он поплатился жизнью за свою позицию по черкесскому вопросу.

— Так почему все-таки именно в грузинский парламент обратились черкесы?

— Грузия — это ведь очень рядом. Мы соседи — черкесы, чеченцы, ингуши, грузины. У нас общие проблемы, мы хотим о них говорить. На родине не все могут говорить об этом. Кавказские народы — это база для некоего ассоциированного единства. Задача наших встреч в Тбилиси — сделать проблемы Северного Кавказа более доступными для массового понимания. И сегодня благодаря таким встречам многие люди на Кавказе уже поняли, что мы друг другу не враги.
 
Георгий Абашидзе конфликтолог, Тбилиси
В условиях, когда напряженность на Северном Кавказе возросла, правительство Грузии открыло границы и отменило визы для северокавказских жителей. В Тбилиси появился русскоязычный телеканал для Северного Кавказа. Открыта площадка для дискуссий о проблемах Кавказа. Все это свидетельствует об особом внимании Тбилиси к этому региону. Власти Грузии не раз отмечали, что крепкие связи с Северным Кавказом отвечают интересам национальной безопасности. Кроме этого правительство Саакашвили демонстрирует, что на фоне гражданского противостояния и информационной блокады в этом регионе Грузия, несмотря на свои внутренние проблемы, может служить для него примером. Активность Тбилиси на этом направлении является и рычагом в отношениях с Москвой. Хотя использовать этот рычаг нужно взвешенно и последовательно.

В контексте активизации политики Грузии на Северном Кавказе хорошо читается и ожидаемое признание грузинским парламентом геноцида черкесов. Черкесский вопрос играет большую роль для России и особенно Кавказского региона в связи с запланированной в 2014 году Олимпиады в городе Сочи.

В Тбилиси не раз заявляли, что, по имеющимся историческим данным, именно в районе нынешнего Большого Сочи в 1864 году сотни тысяч черкесов стали жертвами российской имперской политики. Получается, что в 2014 году, когда к Сочи будет привлечено внимание всей планеты, черкесской трагедии исполнится как раз 150 лет.

Вопрос в том, посредством какого рычага Москва сможет остановить признание геноцида черкесов в Грузии. В правительстве президента Саакашвили считают, что Кремль уже исчерпал все средства давления на Грузию. Также неясно, на что готова пойти Россия для того, чтобы Грузия не признавала геноцид черкесов. Не менее актуален и другой вопрос — насколько серьезным фактором может оказаться черкесский вопрос в проведении Олимпиады в Сочи? И еще: как повлияет признание геноцида черкесов Грузией на ситуацию на Кавказе — и не станет ли это дестабилизирующим фактором?

Ответы на эти вопросы пока гипотетические, но все-таки они есть. В Тбилиси, например, не исключают, что на положительное решение в Грузии черкесского вопроса Россия может ответить агрессией. Есть также опасение, что соседняя Армения потребует от Тбилиси признать и армянский геноцид 1915 года, и если Грузия согласится на это, то трудно будет прогнозировать реакцию стратегических партнеров Грузии — Турции и Азербайджана.

Возможно, именно поэтому окончательно решение по признанию геноцида черкесов Российской империей пока не принято — инициатива все еще блуждает по коридорам парламента Грузии. Тбилиси предпочитает хорошо взвесить все за и против по этому чувствительному вопросу.

Ольга Алленова

© Коммерсантъ 

Комментарии / 0 из 0


    Уважаемый, посетитель!
    1. Обязательно укажите свое имя и поставьте галочку в графе "Я не робот".
    2. Публикация комментария может занимать несколько секунд. Пожалуйста, дождитесь подтверждающего сообщения после его отправки.
    3. Зарегистрированные пользователи могут получать уведомления об ответах и новых комментариях.